Влияние среды

Влияние двигательной активности на вегетативные сосудистые реакции и зрение

ВЛИЯНИЕ ДВИГАТЕЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ НА ВЕГЕТАТИВНЫЕ СОСУДИСТЫЕ РЕАКЦИИ И ОРГАН ЗРЕНИЯ ДЕТЕЙ КРАЙНЕГО СЕВЕРА

В.Ф. Базарный., Э.Я. Оладо, А.Г. Коудельный, Г.Г. Новошинский, Л.Г. Лапина

Долгосрочная научная программа института “Север – экология человека региона Крайнего Севера” предполагает изучение влияния функционального состояния организма на его взаимоотношения с внешней средой.

В результате проводимых исследований клиническим отделение адаптации зрения было установлено, что среди учащихся 3-4-х классов Крайнего Севера к концу учебного года проявления миопизации глаз возникали у детей из семей пришлого населения в 33% и у детей коренных национальностей в 58%. В то же время у них за летний каникулярный период отмечалось значительное улучшение функционального состояния органа зрения и прирост зрительных функций (острота глубинного зрения, резервов аккомодации, эргографических показателей и др.)

Положительная динамика функционального состояния органа зрения за летний каникулярный период могла быть обусловлена воздействием многих факторов (улучшение питания, рост инсоляции, снятие хронической зрительной нагруженности на близком расстоянии, рост общей двигательной активности и др.), Один из названных факторов мог оказаться и ведущим в формировании положительных реакций.

Для ответа на данный вопрос было проанализировано функциональное состояние органа зрения и вегетативной нервной системы у двух групп девочек 3-4 классов, обучающихся лишь общим двигательным режимом (одна группа регулярно посещала секцию гимнастики, другая никакими видами спорта не занималась).

Исследование проведено на базе школы №3 г. Дудинки. В каждой группе было по 15 школьников.

В результате проведенного анализа выявилось, что у детей с пониженной двигательной активностью обнаружено более выраженное напряжение симпатического отдела вегетативной нервной системы: электрокожная проводимость у них составила 54 ма, а вегетативный индекс Кердо +35 условных единиц, соответственно против 47 и 32 у детей с повышенной двигательной активностью.

У детей с пониженной двигательной активностью более низкой была и реактивность вегетативной нервной системы. В частности после пробы Ашнера у них отмечена неполная реституция пульса – 33,3%, тогда как у детей с повышенной двигательной активностью – лишь у 13,3%. Кроме того, у детей с пониженной двигательной активностью в 2,5 раза больше было ареактивных и извращенных реакций и в 1,5 раза меньше уравновешенных реакций вегетативной нервной системы.

Именно дети с пониженной двигательной активностью в большей степени были склонны к проявлениям синдрома эргономической астенизации зрительного анализатора (снижение устойчивости аккомодации, показателей лабильности, световой чувствительности и др.) Данное обстоятельство и обусловило тот факт, что при пониженной двигательной активности удельный вес детей с проявлением миопизации глаз примерно в 2-2,5 раза чаще.

Полученные сведения, могут частично объяснить известный факт, что среди сельских детей уровень близорукости в 2-2,5 раза ниже, чем среди городских.

Всё вышеотмеченное позволяет сделать вывод, что функциональное состояние органа зрения обусловлено генерализованным адаптационно-трофическим взаимодействием вегетативного и центрального отделов нервной системы, функциональное состояние которых в свою очередь, достаточно определенно, обусловлено особенностей двигательного режима.

***

Министерство здравоохранения СССР, Академия медицинских наук СССР

Сибирское отделение

Научно-исследовательский институт медицинских проблем Севера

СО АМН СССР

ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ

Всесоюзного симпозиума

СОСУДИСТЫЕ ДИСТОНИИ В ЭКОЛОГИЧЕСКИХ УСЛОВИЯХ КРАЙНЕГО СЕВЕРА И СИБИРИ СРЕДИ КОРЕННОГО И ПРИШЛОГО НАСЕЛЕНИЯ И ИХ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

16-17 июня, г. Красноярск
Ответственный редактор – член-корреспондент АШ СССР, профессор К.В. Орехов
Красноярск – 1982г.

Школа и сады – главные звенья в профилактике аномалий развития зрения

ДЕТСКИЙ САД – ОЩЕОБРАЗОВАТЕЛБНАЯ ШКОЛА – ГЛАВНЫЕ ЗВЕНЬЯ В ПЕРВИЧНОЙ ПРОФИЛАКТИКЕ АНОМАЛИЙ РАЗВИТИЯ ЗРЕНИЯ У ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ

В.Ф. Базарный, НИИ медицинских проблем Севера СО АМН СССР, Красноярск

Одна из ранних научных публикаций об успешном применении элементов здоровьеразвиваюющих технологий (обучения в режиме дистантного зрения и офтальмотренажей) в образовательном процессе, разрабатываемых на тот момент коллективом учёных НИИ медицинских проблем Севера под руководством профессора В.Ф. Базарного.

Охрана зрения детей и подростков в широком плане включает проведение комплекса медицинских и социальных мероприятий, обеспечивающих гармоничное развитие органа зрения и его функций, а также раннюю диагностику начальных стадий различных форм патологий и своевременное их излечение. Отечественная медицинская наука и детская офтальмология имеют значительные достижения в разработке научных основ и организационных форм выявления и лечения различных форм глазной патологии. И все же сохранение гармоничного развития органа зрения и его функций в течение всего периода развития детей и подростков на популяционном уровне – задача завтрашнего дня.

Исследованиями НИИ медицинских проблем Севера СО ЖН СССР установлено, что среди выпускников средних школ Норильского промышленного района, родившихся и выросших в Заполярье, удельный вес близорукости составляет 58,1%, а среди аналогичной и по возрасту и полу группы детей коренного населения, воспитывавшихся в школе-интернате, этот показатель достигает 70%. При этом близорукость здесь отличается не просто количественным ростом, но и осложненным течением. П.Г. Макаровым с соавт. (1977) показано, что в одной Северных зон Красноярского края частота высоких степеней близорукости среди учащихся была в 6,8 раз выше по сравнению с южными районами края. По нашим данным процесс миопизации глаз у народностей Севера начинается уже с 1-2 классов и носит массовый характер (57%). В подавляющим большинстве близорукость у них возникает на фоне различных форм астигматизма, в связи с чем 37% учащихся к концу школьного обучения не корригируют пониженное зрение.

Из-за такого состояния зрения выпускники средних школ имеют дельные ограничения в выборе не только традиционных на Севере профессий (оленевод, охотник), но и таких остро необходимых при формировании крупных территориально-промышленных комплексов, как строитель, монтажник, водитель, энергетик и другие. Следовательно, проблема сохранения гармоничного развития органа зрения у детей и подростков в Сибирском регионе представляет неотложную государственную задачу медицинской науки в нашей стране.

НИИ медицинских проблем Севера СО АМН СССР призван разрзб0тать такие основы первичного сохранения и развития здоровья детей и подростков, в т.ч. и органа зрения, которые бы позволили принципиально изменить сложившуюся ситуацию на популяционном уровне. Методологической основой решенья таких масштабных задач является долгосрочная программа “Север – экология человека региона Крайнего Севера”, разработанная под руководством чл.-корр. АМН СССР К.В. Орехова. Оказалось, что именно экологический подход, выявляя особенности отношений человека с комплексом приросших, бытовых, этнических и техногенных факторов внешней среды, как раз и способен вывести сложившуюся структуру здравоохранения на рельсы профилактической медицины.

Из анализа состояния рефракции у 1360 новорожденных и наблюдения за развитием зрительных функций у 7000 детей и подростков, проживающих в значительно отличающихся экологических условиях внешней среды, получены определенные выводы.

Независимо от климато-географических и социально-бытовых условий внешней среды у подавляющего большинства новорожденных выявлю стоя высокая потенциальная готовность к гармоничному развитию органа зрения. Рост отклонений от гармоничного развития рефракции глаз в раннем детском возрасте, как правило, связан с патологией беременности и родов. Основой развития высоких функциональных возможностей органа зрения является достаточность в режиме дня детей зрительно-пространственной активности. Последнее обусловлено многими факторами и, в первую очередь, достаточностью общей двигательной активности в режиме дня детей. Одной из основных экологических ситуаций сдерживающих реализацию и развитие высоких потенциальных возможностей органа зрения, является систематическое воздействия комплекса факторов закрытых помещений и ограниченных пространств.

Наиболее критическим периодом для гармоничного развития органа зрения и его функций является переход детей с произвольного зрительного режима на систематические зрительные нагрузки на близких расстояниях.

Установлено, что первые проявления отклонений в развитии зрения связаны с развитием аномального динамического стереотипа – низк0 склонять голову при чтении, письме. Например, при стандартных зря-цельных нагрузках вблизи (вычеркивание голец Ландольта из таблиц Уэстона) 78,2% учащихся начальных классов Норильска и Красноярска склоняют голову над столом на недопустимо близкое расстояние (менее 20 см). Развитие же истинной близорукости у таких учащихся на последующих этапах школьного обучения, как правило, происходит на фоне сочетания астенизации организма и напряженного зрительного режима, или синдрома эргономической астенизации органа зрения (В.Ф. Базарный, 1980).

Нами предложен рад методов направленного развития и сохранения зрения в процессе развития детей. Отличительной особенностью разработанных методов является то, что они носят коллективную направленность. Основной сферой их приложения являются детские сады и общеобразовательные школы, за счет чего достигнута возможность столько воздействия на начальные стадии отклонений в развитии на зрения, сколько снижение вероятности их возникновения на популяционном уровне. Следовательно, они не противопоставляют, а дополняют уже известные методы индивидуальной профилактики и лечения (например, разработанные под руководством Э.С. Аветисова).

Решение проблемы гармоничного развития органа зрения должно включать методы направленного воздействия на процесс реализации функциональных возможностей органа зрения ь процессе всего периода развития детей. Они должны включать методы первичной профилактической подготовки органа зрения и общегигиенические. Приведенные ниже разработанные в отделении адаптации зрения методики прошли многолетнюю проверку на практике, показали высокую жизнеспособность и эффективность, широко внедряются в Сибирском регионе.

За комплекс методических рекомендаций по охране зрения детей авторский коллектив НИИ Медицинских проблем Севера СО АМН СССР награжден медалями и грамотами ВДНХ СССР (1982г.) 

Методика по ”Профилактике отклонений в развитии зрения и формирования рефлекса низко склонённой головы в процессе овладения детьми навыками чтения-письма’’ предполагает годичный цикл организованных занятии с подготовительными группами детских садов по овладению детьми навыками чтения-письма в условиях сохранения пространственной активности органа зрения. Занятия проводит воспитатель.

І-й этап – Разучивание букв и слогов в условиях максимального удаления от детей специально увеличенного шрифта. Ими могут быть и существующие кассы букв, которые разрезаются и наклеиваются на плотную основу.

II-й этап – Дальнейшее овладение навыками чтения слогов или простейших слов по ’’Азбуке” или “Букварю”, которые удаляются от детей на максимально возможное расстояние.

Ш-й этап – Переходный к самостоятельным занятиям и отработка посадки. Занятия проводятся ежедневно в среднем по 20 минут и носят зрительно-игровой характер. С помощи данной методики дети из экспериментальных групп (73 человека) не только 100% улучшили пространственно-зрительные функции (максимальная острота зрения, острота глубинного зрения, скорость аккомодации вдаль), но и значительно повысили уровень функциональных возможностей органа зрения в целом, в т.ч. и выносливость при чтении на близких расстояниях.

Однако, главным достоинством данной методики  оказалось то, что спустя даже два года при чтении-письме эти дети голову над столом склоняли на 3,4+0,7 см меньше по сравнению с детьми из контрольных групп.  Методика при это не затрагивает педагогические приемы обучения а лишь отражает приемы распознавания удаленных букв (слогов).

“Методика коллективных офтальмотренажей” предназначена для профилактики зрительного утомления и возникающих на этой основе отклонений от гармоничного развития органа зрения у школьников в процессе школьного обучения. Это достигается за счет периодического принесения непосредственно в процесс зрительной работы вблизи сенсорного разнообразия, зрительно-пространственной активности, а также двигательной активности группе мышц, находящихся при чтении-письме в статически напряженном состоянии и, в первую очередь, глаз и шеи. Коллективные офтальмотренажи осуществляются с помощью технической системы, включающей пульт управления, разработанной и выпускаемой Красноярским заводом телевизоров, а также монтируемой в каждом классе зрительно-игровой свето-иллюминационной системы. Основным функциональным элементом методики является эффект “бегущего огонька” и поочередное высвечивание различных тест-объектов, нарисованных на плафонах. Чаще всего ими являются знаки ГАИ или сюжеты типа “Пешеход и улица”, “Водитель и дорога” и т.д. Плафоны размещаются в различных по глубине и плоскости участках комнаты с тем, чтобы при слежении за ними во время поочередного их высвечивания в двигательную активность вовлекался весь комплекс глазных и шейных мышц (2 плафона по бокам от классной доски, 2 – на потолке). Эта методика позволяет навязать такие движения глаз, которые соответствуют их стереотипным движениям, возникающим в условиях открытой местности. Офтальмотренажи выполняются одновременно всеми учащимися школы в середине каждого урока с одного пульта управления.

Исследованиями установлено, что систематическое внесение в режим школьного дня учащихся коллективных офтальмотренажей является эффективным средством профилактики зрительного утомления, формирования аномального стереотипа низко склонять голову при чтении-письме, а также возникновения на этой основе отклонений в развитии зрения например, спустя три года процент истинной близорукости в экспериментальных классах составил 11%, в то время как в контрольных 24,7%. Эти данные подтверждают высказывание В.В. Волкова (1980), что основой гармонического развития органа зрения являются увлекательные спортивные игры, требующие постоянного переключения зрительно 1 усилий с близких предметов на дальние и обратно…”

Приведенные результаты позволяют утверждать, что при массовом внедрении разработанных методов в масштабах региона можно снизить вероятность возникновения близорукости в 2-2,5 раза. Исследования в данном направлении продолжаются.

МЕДИКО-САНИТАРНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ КРАЙНЕГО СЕВЕРА (Сборник научных трудов )

1982 г.

Лаборатория НИИ МПС

Зрительно-вестибулярные тренажёры Базарного

Профилактика зрительных расстройств у здоровых детей

ПРОФИЛАКТИКА ЗРИТЕЛЬНЫХ РАССТРОЙСТВ У ЗДОРОВЫХ ДЕТЕИ В ДОШКОЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ И ШКОЛАХ КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

В.Ф. Базарный, В.И. Рогова (НИИ Медицинских Проблем Севера СО АМН СССР, 1982 г., Красноярск)

На сессии Общего собрания АМН СССР перед учеными были поставлены первоочередные задачи по разработке научных основ всеобщей диспансеризации и массовой первичной профилактики. Анализ отдельных выступлений и дискуссий по данной проблеме в “Медицинской газете” показывает, что некоторые руководители здравоохранения видят решение этой задачи в увеличении численности медицинских кадров. В то же время на ХХVІ съезде КПСС было строго указано на необходимость повышения эффективности и качества работы без дополнительных материальных затрат.

В этом отношении НИИ медицинских проблем Севера СО АМН СССР в плане реализации программы “Север-экология человека” (научный руководитель – член-корр. АМН СССР К.В. Орехов) отработаны подходы к всеобщей диспансеризации по зрению детей и подростков, организованных в детских дошкольных и школьных учреждениях. Последнее стало возможным за счет того, что основные функциональные звенья всеобщей диспансеризации (контроль за развитием функций зрения, экспресс-диагностика начальных проявлений нарушений в данном процессе, проведение мероприятий по оптимизации развития органа зрения и его функций) включен в план работы общепрофильных детских комбинатов (садов) и школ. Все это потребовало разработки и обучены персонала простейшим экспресс-методам контроля за развитием зрения, а так же приемам проведения специализированных занятий (тренажей) и т.д. Вся работа проводится под руководством офтальмолога детской поликлиники.

В раннем периоде детства, когда исследование зрительных функций довольно затруднено, а состояние органа аронии определяется особенностями течения анте- и интранатального периодов развития, уровнем зрелости новорожденного, физическим развитием и состоянием здоровья детей, особая роль в первичной оценке офтальмологического статуса отводится микропедиатрам и патронажным сестрам. Причем, здесь имеется в виду не только выявление тех или иных наследственных и врожденных дефектов зрения, но и первичная оценка уровня зрелости органа зрения (характеристика рефлексов на свет, на неподвижный и движущийся объект, на цвета, устойчивость зрительной фиксации, содружественные реакции и движения глаз и т.д.). Именно микропедиатры и педиатры как раз и являются теми лицами, которые формируют первичные потоки детей для специализированной их диспансеризации по зрению у офтальмологов детских поликлиник.

Данный раздел работы детально отработан Московской детской офтальмологической службой под руководством проф. Е.И. Ковалевского.

С 2-4-х летнего возраста контроль за развитием функций зрения, а также экспресс-диагностика начальных проявлений отклонений в данном процессе возложены на персонал детских комбинатов (чаще всего на среднего медицинского работника). В связи о тем, что в дошкольном периоде острота зрения у детей, как правило, выше 1,0, а существующие в нашей стране таблицы Головина-Сивцева на приспособлены для точного измерения таких градаций, что послужило основанием внедрить в общепрофильные детские комбинаты специальные таблицы, позволяющие точно оценить зрение в эоне выше 1,0. Показатели снимаются 2 раза в год – весной и осенью, фиксируются в картах индивидуального развития и служат предметом периодического анализа врачом-офтальмологом.

Такой подход позволяет выявить самые начальные стадии нарушений развития зрения. Чаще его дети с начальными проявлениями миопизации глаз. Экспресс-методом диагностики таких состояний явилась пробная коррекция оптическим стеклами 0,5 Дптр.

Систематическое проведение мер, направленных на оптимизацию развития органа зрения и его функций, поручено воспитателям и педагогам общепрофильных детских садов и школ, т.е. лицам в контакте с которыми дети находятся наиболее продолжительное время.

Методы разработаны о учетом выдвинутой концепции аномального зрительно-двигательного стереотипа в генезе массовых отклонений в развитии зрения. Они ориентированы на предупреждение формирования аномальных зрительно-двигательных навыков в процессе дошкольно-школьного обучения и особенно на этапах овладения детьми навыками рисования и письма, и в частности, “рефлекса низко склоненной головы”.

Основное внимание в дошкольном периоде уделено целенаправленной подготовке органа зрения у детей к напряденному зрительному режиму учащихся. Такой методикой, в частности, является обучение детей навыкам чтения в условиях сохранения у них пространственно-зрительной активности. Занятия проводят воспитатели детского сада.

Доказано, что стол с плоской поверхностью в большей степени способствует развитию аномальных зрительно-двигательных навыков по сравнению с партой, имеющей наклонную поверхность.

Отрабатывается специализированный зрительно-двигательный режим в процессе овладения детьми навыками рисования, письма.

Основное внимание в школьном периоде, кроме контроля за состоянием зрения, уделено повышению выносливости органа зрения к напряженному зрительному режиму. Последнее достигнуто, в частности, за счет методики коллективных офтальмотренажей, внедряемой в режим школьного дня.

Методика позволяет периодически отвлечь взор от книги (тетради), переключить функцию ближнего зрения на дистантное, внести сенсорное разнообразие, “навязать” зрительно-двигательную активность на уровне целостного организма и, прежде всего тем мышцам, которые при чтении-письме находятся в статически напряженном состоянии и т.д. Все отмеченное делает методику универсальной.

Эксперимент показал, что внедрение разработанных методов в план работы дошкольно-школьных учреждений позволяет не только в 2,5 раза снизить вероятность возникновения близорукости, но и улучшить показатели общего физического развития и здоровья детей.

НИИ Медицинских Проблем Севера СО АМН СССР

Методические рекомендации по применению здоровьесберегающих технологий минздрава РСФСР

Влияние полярной ночи на зрение у детей

ВЛИЯНИЕ ПОЛЯРНОЙ НОЧИ НА СОСТОЯНИЕ ЗРИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗАТОРА У ДЕТЕЙ

В.Ф. Базарный, И.И. Казакевич

НИИ МЕДИЦИНСКИХ ПРОБЛЕМ СЕВЕРА СО АМН СССР (директор проф. Орехов К.В.), КЛИНИЧЕСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ АДАПТАЦИИ ЗРЕНИЯ (зав. ст.н.с. В.Ф. Базарный), г. Красноярск

Исследование первое

Зрительный анализатор является непосредственной фотореактивной системой, и в этом смысле – акцептором и мишенью для фотоэкстремальных состояний. Интимная связь его с высшими сенсорными центрами коры головного мозга, а также тесная анатомо-функциональная связь с гипоталомо-гипофизарным комплексом позволяет предполагать, что он находится и в определённых системоорганизовавшихся связях с биоритмологическими характеристиками внутренней среды организма. Поэтому исследование влияния такого фотоэкстремального периода как полярная ночь на состояние зрительного анализатора представляет практический и теоретический интерес.

Настоящее сообщение касается оценки состояния зрительного анализатора до и после периода полярной ночи у детей 1-4 классов. Объективность полученных закономерностей подтверждена изучением состояния зрительного анализатора в течение 2-х полярных ночей 1974-75 гг. (38 школьников) и 1977-78 гг. (34 школьника). В обоих исследованиях показатели снимались в 20-х числах ноября и после 13 февраля.

Настоящим исследованием установлена высокая фотореактивность и лабильность таких показателей зрительного анализатора как состояние последовательных образов ( с 2 мин. Г7 сек. до 2 мин. 33 сек) , что указывало бы на тенденцию к увеличению “застойности” в тормозно-возбудительных процессах, происходящих в высших центрах зрительного анализатора. Снижение порога темповой адаптации после периода полярной ночи ( с 47 до 38 сек.) указывает на повышение чувствительности нейроэпителия. Главным проявлением воздействия периода полярной ночи на внутриглазное давление является перевод его в неустойчивое состояние: в 62 процентах внутриглазное давление повысилось (в среднем на 2 мм), в 15 процентах оно понизилось (на 2 мм) и в 23 процентах оно не изменилось. Определённые изменения произошли и в сенсо-моторном бинокулярном синтезе: сдвиг сенсо-моторных осей локализации в пространстве в сторону дивергенции .Последнее нашло отражение в уменьшении степени эзофории, переход их в ортофорию, а последней – в экзофории.

Несмотря на лабильность многих физиологических показателей некоторые функциональные показатели зрительного анализатора выявили значительную устойчивость: разрешающая способность глаза (максимальная острота зрения); эргонометрические показатели в ответ на кратно-временные нагрузки (монокулярные резервы аккомодации, положительная часть относительного объёма аккомодации и др.).

Жесте с этим, при продолжительных зрительных нагрузках эргонометрическая функция зрительного анализатора после периода полярной ночи ухудшилась (эргография).

Полученные фактические данные являются исходными для дальнейших углублённых исследований.

Исследование второе

На уровне 69 параллели полярная ночь начинается с 30 ноября и продолжается до 13 января. В течение этого периода резко суживается пространственная видимость и пространственная активность для зрительного анализатора. Школьники большую часть времени находятся в закрытых помещениях, что дополнительно повышает нагрузку и напряжение на зрительный анализатор. Все эти факторы имеют преимущественно отношение к зрительной эргономии. Однако главным моментом здесь является отсутствие привычной фотопериодичности, что в наибольшей степени должно отразиться на состоянии колонковой и колбочковой чувствительности, а также на высших сенсорных центрах зрительного анализатора, т.е. после завершения периода полярной ночи естественно ожидать нарушения в состоянии зрительного анализатора. Однако полученные нами данные состояния зрительного анализатора повторенные дважды различными исследованиями на различных группах детей оказались несколько неожиданными

В исследовании до и после полярной ночи (20 число ноября 1977г. — середина января 1978г.) обследованы дважды одни и те же школы. В исследовании изучалась острота зрения по таблицам О.М. Новикова, а также некоторые факторы бинокулярности, имеющие отношение к зрительной эргономии; положительная часть относительного объема аккомодации, положительная и отрицательная часть фузионных резервов, характер бинокулярного равновесия (фория) параллельно оценивалось состояние внутриглазного давления.

За отмеченный период полярной ночи острота зрения не только не снизилась, а наоборот, в ряде случаев выявлена тенденция к её повышению.

Не установлено определенной закономерности и в состоянии монокулярных резервов аккомодации.

Интересны закономерности до и после полярной ночи в состоянии положительной части относительного объема аккомодации. У детей, обучающихся в классах с обычным зрительным режимом выявлена тенденция к повышению положительной части относительного объема аккомодации, а у детей, обучающихся в классах со специализированным динамическим режимом, наоборот – положительная часть относительного объема аккомодации уменьшилась (хотя в целом среди таких детей резервы существенно выше, чем среди школьников с обычным зрительным режимом).

Период полярной ночи также неодинаково отразился и на состоянии фузионных резервов. Если среди детей, находящихся в классах со специализированным динамическим зрительным режимом, в течете полярной нот выявляется устойчивость и стабильность фузионных резервов, то среди детей, находящихся в обычных условиях зрительного режима, установлена тенденция к сужению фузионного поля.

В целом сужение пространственной активности зрительного анализатора, которое сопровождает период полярной ночи, нашло отражение на состоянии и моторного равновесия, что сказалось в сдвиге бинокулярных осей в сторону дивергенции. Последнее нашло отражение в уменьшении степени эзофории, переход их в ортофорию, а последний – в экзофорию.

Для того, чтобы выяснить могло ли такое перераспределение тонуса в окружающих глаз мышцах отразиться на тонус глазного яблока, мы исследовали состояние внутриглазного давления. Всего ВГД до и после полярной ночи было измерено у 26 школьников I и 2 классов.

Анализ полученных данных /см. табл./ выявил следующее. Внутриглазное давление определенным образом реагирует на период полярной ночи. Причем, эта реакция не является однонаправленной, хотя в подавляющем числе случаев ВГД повысилось.

Главным клиническим проявлением воздействия периода полярной ночи на ВГД – это перевод его в неустойчивое состояние. Последнее отразилось в том, что в 62% случаев ВГД повысилось (в среднем на 2 мм), в 15% – оно понизилось (также на 2 мм) и в 23% оно не изменилось.

Следующая часть доклада касается предыдущего исследования, выполнена на школьниках: 4-го класса до и после полярной ночи с 1974 по 1975 годы (всего было обследовано 20 школьников).

В этой работе оценивалось состояние остроты зрения, некоторых эргономических показателей: монокулярные резервы аккомодации, резервы конвергенции, фузионные резервы. Дополнительно оценивалась реакция нейроэпителия – через определение порога темновой адаптации, а также равновесия тормозно-возбудительных процессов в высших корковых центрах зрительного анализатора (через соотношение длительности положительной и отрицательной части последовательных образов (поры темновой адаптации и последовательные образы исследовались на адаптометре АДМ).

Как и в выше представленном исследовании в настоящем исследовании период полярной ночи на остроте зрения и монокулярных резервах аккомодации не отразился. Кроме того у этой группы детей так же как и у первой существенно сузилось фузионное поле.

Кроме того, в данном исследовании получена и дополнительная информация. В частности, после периода полярной ночи существенно повысилась чувствительность колбочковой части темновой адаптации, последнее выразилось в снижении порога темновой адаптации. Продолжительность же последовательных образов тлеет тенденцию к удлинению. Последнее может указатъ на тенденцию к увеличению «застойности» в тормозно-возбудительных процесах, высших центрах зрительного анализатора.

Таблица №1

СОСТОЯНИЕ ЗРИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗАТОРА У ШКОЛЬНИКОВ 4-х КЛАССОВ ДО И ПОСЛЕ ПОЛЯРНОЙ НОЧИ (I974-1975гг.)

Таблица №2

СОСТОЯНИЕ ЗРИТЕЛЬНЫХ ФУНКЦИЙ У ШКОЛЬНИКОВ, НАХОДЯЩЕЕСЯ В РАЗЛИЧНЫХ ЗРИТЕЛЬНЫХ РЕЖИМАХ ДО И ПОСЛЕ ПОЛЯРНОЙ НОЧИ

(1977-1978г., Талнах, школа №27)

Таблица №3

СОСТОЯНИЕ ВНУТРИГЛАЗНОГО ДАВЛЕНИЯ ДО И ПОСЛЕ ПОЛЯРНОЙ НОЧИ У ШКОЛЬНИКОВ ТАЛНАХА (І977-І978гг)

Cуточная периодика зрения и нервной системы под влиянием школы

СУТОЧНАЯ ПЕРИОДИКА ФУНКЦИЙ ЗРИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗАТОРА И НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ У ДЕТЕЙ ПОД ВЛИЯНИЕМ РЕЖИМА ШКОЛЬНОГО ОБУЧЕНИЯ

Проведено изучение функциональных изменений со стороны зрительного анализатора и нервной системы у детей в период острой фазы адаптации к режиму школьного обучения. Обследовано 116 учащихся первых классов и 111 детей — воспитанников детских садов аналогичного возраста (контрольная группа). Изучена суточная динамика сократительной способности цилиарной мышцы (ближайшая точка аккомодации БТА), показателя электро-кожной проводимости  (ЭКП) и латентного периода зрительно-моторной реакции (ЛП ЗМР).

Установлено, что переход детей к режиму школьного обучения сопровождается рядом функциональных перестроек. Так, у первоклассников с первых же дней школьных занятий отмечен биоритмологический неустойчивый характер колебаний ближайшей точки БТА, переходящий к концу учебного года в резкое ослабление аккомодативной функции в условиях «ближнего» зрения.

Со стороны нервной системы отмечено ухудшение её адаптивных возможностей, особенно к концу учебного года. Это нашло отражение в нарастании ваготропных влияний (снижение уровня биоритмальной кривой ЭКП и преобладание тормозных процессов в коре головного мозга (удлинение средне-суточных величин ЛП ЗМР).

В качестве основной причины, приводящей к отмеченным неблагоприятным сдвигам в функциональном состоянии организма у детей под влиянием начала школьного обучения, мы рассматриваем резкое увеличение как общих статических нагрузок (длительное сидение за партой или столом), так и нагрузок на аккомодативно-конвергентную систему зрительного анализатора.

Л. П. Уфимцева (Красноярск)

Министерство здравоохранения СССР Академия медицинских наук СССР Сибирское отделение

Институт медицинских проблем Севера СО АМН СССР

Актуальные вопросы развития здоровья и профилактика заболеваний в детском возрасте в условиях Сибири, Крайнего Севера и Дальнего Востока (часть 1)

ЕГЭ-изация учебного процесса

Как механизм формирования психопрограммируемого биоинтеллекта, работающего по жестким инструктивно-программирующим алгоритмам.

Хотим мы того или нет, но только спустя два столетия после “нашествия” в Россию с Запада “миссионеров-просветителей” на этапе “ЕГЭ-изации” учебного процесса (а в итоге и мозгов у новых поколений народа), нам придется-таки осознать, почему главный архитектор современной информационно ориентированной формально-рассудочной модели образования Ян Амос Коменский назвал свое детище не иначе как “машинной дидактикой”, а учителя он называл не иначе как “дидактической машиной”. Нам придется мучительно вникать, почему этот “просветитель” многозначительно завещал своим “апостолам”: “Подрезать небесное растение необходимо, когда оно еще молодо в весну жизни и как можно раньше… Только так мы придем к нашей цели, по-иному – никогда”.

Выполненными под руководством д.м.н. В.Ф. Базарного (1986-2008 гг.) исследованиями по школьной психоэргономике вскрыто, что базовые (сознание-формирующие) параметры воссоздаваемого на этапах детства разума людей никак не выводятся ни из суммы усвоенной детьми за 10-12 лет школьной жизни информации (знаний – на педагогическом языке), ни из натренированных в школе формально-логических (“машинно-операционных”) способностей мозга. Установлено: «базовыми (сознание-формирующими) параметрами нашего разума оказались производные запечатленных и преображенных в рукотворных действиях образов мира, а в итоге – чувственно представляемая в воображении, разворачиваемая в пространстве и времени образно-событийная причинно-следственная логика. Причем речь идет не только и не столько о запечатленной образной логике из прошлого чувственного опыта, а о заново конструируемой в воображении, в т.ч. устремленной в будущее пространство и время.

При этом выявлено, что основополагающую роль в формировании такого творческого разума играет развитая с помощью рук и ног телесно-мышечная память. В этих условиях механическое заучивание школьной информации на фоне изгнания из базового учебного плана собственного телесно-мышечного опыта – есть не что иное, как неосознаваемый обществом механизм перекодирования сообразного природе ребенка творческого разума в информационно-инструктируемый, психопрограммируемый биоинтеллект. Так происходит процесс формирования некритического, нетворческого восприятия и представления событий, происходящих в мире.

Это и есть запоздалое (на 200 лет) осознание того, почему главный идеолог данной модели образования назвал ее не иначе как “машинной дидактикой”. И все отмеченное выше не есть плод эзотерических умственных рассуждений, а выведено из умело спланированных экспериментальных исследований, выполненных под руководством д.м.н. В.Ф. Базарного. В частности, было вскрыто, что только за 3 года начального обучения, в котором доминируют отрешенные от собственного телесно-чувственного опыта формально-логические умственные упражнения, базовые параметры творческого разума необратимо угасали в 3-6 раз. Речь идёт об угасании целостно-образного миропредставления, дальности “полета” в пространстве и времени на “крыльях” творческого воображения, образной емкости воображаемого мира, логики и адекватной последовательности разворачиваемого причинно-следственного образного строя и т.д. При этом среди детей во столько же раз нарастали механически заученные “знания” (слова) на фоне отрешенных от жизни формально-рассудочных способностей мозга. Способностей, опирающихся на принудительно заученную информацию и заданные алгоритмы операционного мышления.

С широких эволюционно значимых горизонтов развития человека формирование такого интеллекта есть не что иное, как убиение творческой сущности и “расчеловечивание” людей, постепенная трансформация новых поколений в человекообразных психопрограммируемых биороботов, неспособных критически оценивать происходящие события и творчески формировать собственные мысли и собственный взгляд на мир.

Ярко и образно качество психотипа современных выпускников школ описал многоопытный учитель Виктор Плюхин (“Учительская газета” от 15.11.94):

“По роду своей деятельности я учитель, мой предмет — изобразительное искусство. Почти 30 лет работаю в школе с ребятами и одновременно 16 — в пединституте со студентами. Работаю с теми и другими, но предпочтение отдаю детям. Почему? Да потому, что общение с ними доставляет радость. Иное — в студенческой аудитории: студенты полустоят, полусидят, кое-кто даже полулежит, с подчеркнутым видом отбывая повинность. Меня охватывает странное чувство — словно погружаюсь в какой-то мирок опустошенности, распущенности. И это будущие учителя?!

Моя попытка вернуть их к жизни вызывает неожиданно бурную реакцию: “Ваше дело – объяснить, наше дело – слушать! Вы нарисуйте, мы—срисуем!” Бедные дети! Да, бедные, потому что все это – беда. Но очень важно понять, чья вина в том, что будущие учителя попали в такую ситуацию? Я думаю, конечно, это вина преподавателей.

Главная установка в действиях большинства преподавателей такова: “Делай, как я! Делай со мной от сих и до сих”. Это не может не сказаться на студентах, на их позиции. Одни, с первой же сессии “примерив” к себе такое обучение, смиряются, готовятся к тому, что и дальше их ждет “приемо-передача”, становятся податливыми, безответственными учениками, которыми можно легко управлять. Другие ожесточаются, воспринимают все происходящее в штыки, никогда не привыкают и не смиряются с тем, что каждый день одна и та же картина — шесть-восемь часов сидеть и записывать без малейшей опоры на свой собственный жизненный опыт. Что может быть тягостней и невыносимей? Что может дать студентам эта “писанина”? Как назвать процесс, происходящий в вузовской аудитории?

Такие действия преподавателей, на мой взгляд, называются топтанием на месте, работой двигателя на холостом ходу. Ход этот дискредитирует саму идею обучения, лишает студентов возможности проявлять собственную инициативу, находчивость. тормозит развитие их личностных качеств. Студенты работают, не нагружая свое мышление, и в результате находятся на самой низшей из пяти ступеней знаний, известных еще со времен Платона, — механическое усвоение за счет налегания на память. Но ведь есть еще и вторая, и третья, и четвертая, и пятая ступени, соответствующие мышлению, осмысленному пониманию, внутреннему пониманию и, наконец, полному пониманию.

К великому огорчению, об этом можно только мечтать, потому что подавляющему большинству преподавателей предпочтительнее работа на холостом ходу, говорильня ради говорильни. Причем многие из них совершенно удовлетворены своей работой и готовы искренне доказывать, что она дает результаты. Но самое страшное — не это, а то, что “говорители” стали явлением общественным, распространенным, вроде эпидемии. Еженедельно, ежедневно говорим, учим, а выпускаем неучей. Почему? Да потому, что знания, не рожденные опытом, как сказал один мудрец (и он совершенно прав), бесплодны и полны ошибок”.

И неудивительно, что наша центральная пресса запестрела следующими “экзотическими” заголовками:

“Я – зомби! Так называют себя люди, внезапно потерявшие память, которых случайно находят по всей России” (“Комсомольская правда”, 10.12.2002);

“Рак уже свистнул” (“Учительская газета”, 15.11.94);

“Уничтожение интеллекта” (“Знание -Власть”, №41(208), октябрь 2004 г.);

“Рабы знаний” (“Московский комсомолец”, 13.03.1999).

А вот откуда зарождаются все эти зомби-люди, точно указывает “МК” (04.04.2002) в статье “Зомби из 3“А””.

Что касается давления внешних сил по проталкиванию с помощью высшей законодательной власти всеобщей “ЕГЭ-изации” школ, то это похоже уже завершающий этап в формировании лишенного творческого и критического взгляда на мир искусственного психопрограммируемого биоинтеллекта у российского народа. Это и есть завершающий этап в реализации “великой машинной” дидактики Яна Амоса Коменского, которая была разработана и навязана его “апостолами” практически всей прозападно ориентированной цивилизации.

ДЕТИ И ДЕТСТВО РАСПИНАЕМЫЕ НА КРЕСТЕ

Почему национальные проекты “Здоровье” и “Образование” реализуются “успешно”, а сверхзаболеваемость и сверхсмертность народа неумолимо нарастает?

К выходу в свет новой книги В.Ф. Базарного

30-ти летние научные исследования в области самочувствия и качества развития детей в современной внечувственной, безобразной, информационно ориентированной, авторитарно-принудительной школе позволяют со всей ответственностью утверждать: центральное библейское пророчество о предстоящей гибели народов “от познания добра и зла” следует понимать как вымирание народов от сверхзаболеваемости и сверхсмертности (“тления” – на языке духовных учений) от многочисленных, приобретенных в школе, патологий. Патологий, которые обусловлены навязанной пришедшими из Запада “просветителями” чуждой природе ребенка методикой так называемого образования.

Книгу можно заказать через редакцию газеты. Стоимость с учетом пересылки по почте – 80 руб.

Пресса о нас

О пагубном влиянии школы 19-го века

К вопросу по истории школьной гигиены…

Из книги Анжело Моссо «Усталость», 1893 г.

Выдержки из двенадцатой главы «Переутомленіе мозга» (орфография сохранена).

К вопросу по истории школьной гигиены и влиянию факторов закрытых помещений в сочетании с пролонгированным сидением в условиях благоприятной экологической обстановки и образа жизни 19-го века до всеобщей автоматизации и компьютеризации быта.

«Я погубилъ себя чрезмѣрными, отчаянными семилѣтними занятіями, которыя къ тому-же пришлись на такое время моей жизни, когда тѣло мое находилось въ періодѣ развитія и когда организація моя должна была укрѣпиться».

Эти слова Джіакомо Леопарди содержатъ въ себѣ все то, что можетъ быть сказано о чрезмѣрной работѣ головного мозга. Обладая замѣчательно доброй душой, Леопарди, послѣ печальнаго опыта своей молодости, желалъ по крайней мѣрѣ предохранить другихъ отъ подобнаго-же вреда. Онъ думалъ: «Я къ несчастію погубленъ безвозвратно на всю жизнь, и внѣшній видъ мой превращенъ во что-то жалкое и презрѣнное именно въ той части человѣческаго образа, на которую смотрятъ, всего болѣе».

На все это поэтъ жаловался въ двадцать лѣтъ, когда овъ уѣзжалъ изъ небольшого помѣстья Реканати и простился съ уединеніемъ отцовскаго дома, въ которомъ провелъ свое дѣтство безъ развлеченій, истощенный размышленіями, утомленный чтеніемъ и ослабленный безсонными ночами.

Не подлежитъ сомнѣнію, что никто изъ геніальныхъ людей не заплатилъ такой дорогой дани, какъ Леопарди. Онъ въ восемнадцать лѣтъ до того полно усвоилъ себѣ латинскій и греческій языки, что въ нихъ уже не было для него секретовъ: этотъ итальянскій поэтъ къ двадцать лѣтъ поднялся на одинъ уровень съ наиболѣе великими греческими поэтами; но столько поэзіи и столько учености не далось ему даромъ — за нихъ онъ заплатилъ здоровьемъ всей жизни и печальнымъ настроеніемъ, которое, подобно траурному покрову, лежало на веснѣ его жизни. Не слѣдуетъ забывать, что поэтическій талантъ и ученость Леопарди, были настолько значительны, что Джіордани назвалъ его даже чудомъ нашего столѣтія.

Александръ Гумбольдтъ говоритъ о себѣ слѣдующее: «Мнѣ было восемнадцать лѣтъ; я ничего не зналъ, и мои учителя мало или ничего не ожидали отъ меня въ будущемъ; но если бы я былъ воспитанъ по ихъ методѣ и попалъ съ раннихъ лѣтъ въ ихъ руки, то я безъ сомнѣнія погибъ бы и духовно, и тѣлесно».

Я привелъ здѣсь эти два примѣра, такъ какъ они доказываютъ, что уже въ началѣ настоящаго столѣтія вліяніе чрезмѣрной работы оцѣнивалось вполнѣ удовлетворительно. Леопарди писалъ между прочимъ еще и слѣдующее: «Воспитаніе, получаемое, особенно въ Италіи, образованными людьми (которыхъ, говоря правду, имѣется немного), является положительнымъ предательствомъ, производимымъ безсиліемъ по отношенію къ силѣ и старостью по отношенію къ молодости».

Только за послѣдніе годы врачи и гигіенисты стали обращать болѣе серьезное вниманіе на тотъ вредъ, который производитъ чрезмѣрная мозговая работа въ организмѣ нашихъ подростаюіцихъ поколѣній. Насколько мнѣ извѣстно, вопросъ этотъ былъ впервые поднятъ профессоромъ Финкельнбургомъ на гигіеническомъ конгрессѣ въ Нюренбергѣ въ 1877 году.

Заключеніе, къ которому пришелъ конгрессъ, сводилось къ тому, что система нѣмецкой школы дѣйствуетъ вреднымъ образомъ на развитіе дѣтскаго организма и въ особенности на зрѣніе дѣтей и что вообще школа требуетъ чрезмѣрной мозговой работы, вслѣдствіе чего страдаетъ физическое здоровье подростаюіцихъ поколѣній.

Нѣмцы, со свойственной имъ способностью легко создавать новыя слова, назвали подобную чрезмѣрную мозговую работу въ школахъ «Ceberburdung», что обозначаетъ переотягошеніе дѣтскаго ума уроками. Англичане называютъ этого рода состояніе «overstrain» или «overwork», т. е. въ точномъ переводѣ это значило бы «перенапряженіе» или «переработка»; французы заимствовали у ветеринаровъ слово surmenage и называютъ подобное состояніе «surmenage intelleduel»; въ Россіи говорятъ о мозговомъ переутомленіи.

Въ Италіи до сихъ поръ еще нѣтъ общепринятаго слова для обозначенія подобнаго состоянія, вызываемаго чрезмѣрной мозговой работой, вѣроятно потоку, что тамъ вниманіе общества сосредоточивается меньше, чѣмъ въ другихъ странахъ, на изученіи этого вопроса, а быть можетъ и потому, что итальянцы меньше страдаютъ отъ чрезмѣрнаго напряженія мозга, чѣмъ другіе народы.

Мнѣ кажется, что выраженіе strapazzo del cervello можетъ вполнѣ соотвѣтствовать тому понятію, которое въ данномъ случаѣ требуется выразить. При этомъ вовсе не имѣются въ виду чрезмѣрныя занятія, которыя являются въ сущности только причиной опредѣленнаго состоянія. Мы желаемъ изучить тѣ послѣдствія, которыя развиваются въ головномъ мозгу, подвергаемомъ дурному обращенію; потому что чрезмѣрная умственная работа можетъ существовать только тамъ, гдѣ дурно обращаются съ мозгомъ человѣка.

Школа или экология? Что является причиной ухудшающегося здоровья детей.

Ребенокъ, вырванный изъ спокойной жизни родительскаго дома и посланный въ школу, сначала не особенно сильно чувствуетъ эту перемѣну,и въ тоже время новая работа не утомляетъ его; но съ теченіемъ времени вниманіе его, продолжительно напрягаемое, начинаетъ уставать и наконецъ утомленіе это достигаетъ такой степени, что отражается вреднымъ образомъ на всѣхъ жизненныхъ отправленіяхъ его организма. Мы всѣ наблюдаемъ появленіе этого состоянія, такъ какъ оно сказывается блѣдностью дѣтскихъ лицъ, которыя передъ тѣмъ отличались прекраснымъ румянцемъ. Въ то же время дѣти становятся менѣе подвижными и живыми; они теряютъ аппетитъ, дѣлаются болѣе раздражительными или печальными и начинаютъ жаловаться на головныя боли.

Проф. Финкельнбургъ сгруппировалъ слѣдующимъ образомъ главныя послѣдствія мозгового переутомленія у дѣтей: разстройство зрѣнія и преимущественно развитіе близорукости; приливы крови къ головѣ, проявляющіеся головными болями; носовыя кровотеченія и головокруженія, наклонность къ зобу; отсутствіе аппетита и дурное пищевареніе; предрасположеніе къ легочнымъ болѣзнямъ; искривленіе позвоночника; болѣзни головного мозга; неврозность, а у дѣвочекъ кромѣ того разстройства въ мѣсячныхъ очищеніяхъ.

Едва только былъ поднятъ вопросъ о мозговомъ переутомленіи, какъ конгрессы, академіи, парламенты и безчисленныя коммисіи начали имъ заниматься. Теперь имѣется уже цѣлая литература, существуютъ даже отдѣльные журналы (какъ наир, журналъ Котельмана, издаваемый Фоссомъ въ Гамбургѣ), посвященные исключительно гигіенѣ школы, а въ Бернѣ даже устроена отдѣльная каѳедра для преподаванія школьной гигіены.

Аксель Кей, профессоръ физіологіи въ Стокгольмѣ, обнародовалъ крайне важное сочиненіе по этому вопросу, и изслѣдо ванія его, произведенныя въ Швеціи, доказали неопровержимымъ образомъ, что въ наше время преподаваніе гораздо болѣе утомительно, чѣмъ прежде, и что здоровье дѣтей страдаетъ вслѣдствіе этого.

Какъ это бываетъ по отношенію ко всякому вопросу, такъ и тутъ вопросъ о переутомленіи мозга у дѣтей, посѣщающихъ школы, возбудилъ горячій споръ: одни отрицали, другіе утверждали, эти обвиняли, а тѣ защищали прежде, чѣмъ получены были вѣрные документы, дававшіе возможность составить себѣ точное сужденіе. Нѣкоторыя статистическія данныя, напечатанныя за послѣдніе годы, безъ сомнѣнія были преувеличены. Привожу здѣсь въ качествѣ примѣра цифры, сообщаемыя проф. Нестеровымъ въ его статьѣ «Современная школа и здоровье».

Наблюденія его были произведены въ теченіи четырехъ лѣтъ надъ учениками одной московской гимназіи. Они были начаты въ 1882 г. Въ общей сложности имъ было изслѣдовано 216 мальчиковъ.

По отношенію къ болѣзнямъ нервной системы онъ получилъ для восьми классовъ гимназіи слѣдующіе результаты:

Къ счастью это не были настоящія болѣзни нервной системы, а просто только нервныя разстройства въ формѣ нейрастеніи съ повышенной противу нормальнаго чувствительностью, съ головными болями, невральгіями, съ сердцебіеніями и разстройствами въ области половыхъ органовъ.

Аксель Кей доказываетъ, что дѣтямъ въ школахъ вредить, главнымъ образомъ, слишкомъ продолжительное сидѣніе. По его убѣжденію имъ слѣдуетъ предоставить больше времени на свободныя движенія и увеличить продолжительность отдыха послѣ ѣды.

Изслѣдованія, произведенныя въ высшихъ школахъ Швеціи, показали, что только половина всѣхъ учениковъ оказываются въ нихъ вполнѣ здоровыми.

Непреодолимое затрудненіе, встрѣчающееся при всѣхъ подобнаго рода изслѣдованіяхъ, состоитъ въ томъ, что изслѣдователь не имѣетъ ни малѣйшей возможности опредѣлить, въ какомъ бы состояніи находилось здоровье этихъ дѣтей, еслибы они вовсе не посѣщали школы. Однимъ словомъ намъ недостаетъ при этихъ изслѣдованіяхъ среднихъ нормальныхъ чиселъ, которыя бы указывали типъ нормальнаго ребенка, не занимающагося ничѣмъ, и только ростущаго и развивающагося на свободѣ. Было бы неразумно конечно требовать, чтобы ради возможности произвести подобнаго рода опредѣленіе нормальнаго типа дѣтей, ихъ не пускали бы въ школу. Даже, если и имѣются подобнаго рода дѣти, то все-же трудно было бы найти ихъ въ достаточно большомъ числѣ для того, чтобы, на основаніи произведенныхъ надъ ними наблюденій, можно было установить среднія нормальныя числа.

Въ Швеціи дѣти въ старшихъ классахъ заняты отъ 11 до 12 и даже до 14 часовъ въ сутки. Среди дѣвочекъ 36%, страдаютъ блѣдной немочью и приблизительно у 10% имѣется искривленіе позвоночнаго столба. Оставляя въ сторонѣ близорукость, Аксель Кей находитъ въ школахъ Швеціи и Даніи до 40%, дѣтей, пораженныхъ хроническими болѣзнями, и это истощеніе и вырожденіе дѣтей онъ приписываетъ переутомленію ихъ мозга и слишкомъ труднымъ урокамъ, которыми ихъ мучаютъ.

Даже въ Англіи подростающія поколѣнія страдаютъ отъ чрезмѣрной мозговой работы; а между тѣмъ Англія по отношенію къ гигіенѣ стоитъ во главѣ всѣхъ прочихъ странъ. Бэллэнтэйнъ, профессоръ дѣтскихъ болѣзней въ Эдинбургскомъ университетѣ, напечаталъ недавно въ Lancet статью о мозговомъ переутомленіи въ Англіи. Онъ говоритъ, между прочимъ, что, по его мнѣнію, идеальной школой была-бы та, которая бы съумѣла распредѣлить занятія такимъ образомъ, чтобы дѣти посвящали одинаковое число часовъ на занятія и на игры, такъ чтобы время одинаково раздѣлялось на воспитаніе тѣла, съ одной стороны, и мозга — съ другой. Онъ предлагаетъ отправлять дѣтей въ деревню, какъ только родители замѣтятъ, что они во снѣ говорятъ о своихъ урокахъ и задачахъ. Выводы, къ которымъ приходитъ, на основаніи своихъ важныхъ изслѣдованій, проф. Бэллэнтэйнъ, состоятъ въ слѣдующемъ: — Дополнить гигіеническую организацію школы, сосредоточивъ большее вниманіе на физическомъ развитіи дѣтей. — Ввести больше разнообразія въ преподаваніе для того, чтобы ученики въ школахъ были вынуждены поперемѣнно то стоять, то сидѣть, то читать, то писать, при постоянной смѣнѣ работы и игры.—Принять мѣры, чтобы во всѣхъ школахъ дѣти ни въ какомъ случаѣ не могли оставаться на урокахъ въ сырой обуви. — Позаботиться о частомъ перемѣщеніи дѣтей въ школѣ для того, чтобы они не оставались долго въ одной и той-же классной комнатѣ. — Настоять на употребленіи большихъ стѣнныхъ пояснительныхъ таблицъ, фигуръ и картинъ. — Уничтожить самую возможность задавать дѣтямъ уроки на вакаціи.

Опытъ, заслуживающій наибольшаго вниманія, былъ произведенъ К. Пэджетомъ въ Англіи. Будучи недоволенъ успѣхами учениковъ одного класса, онъ раздѣлилъ его на два отдѣленія. Въ одномъ изъ нихъ ученіе шло по обыкновенному способу, тогда какъ въ другомъ одна половина дня употреблялась на ученіе, а другая на игру и на физическія упражненія на лугу, усаженномъ деревьями. Результатъ къ концу семестра получился слѣдующій: ученики, посвящавшіе половину учебнаго времени на игру на открытомъ воздухѣ, превзошли по своему прилежанію и успѣхамъ учениковъ другого отдѣленія этого-же класса.

Особенно въ гимназіяхъ и въ лицеяхъ излишекъ умственной работы долженъ обусловливать много жертвъ. Что касается университетовъ, то въ нихъ, за исключеніемъ времени экзаменовъ, большая часть молодыхъ людей наслаждается, я смѣло могу утверждать это, болѣе или менѣе полнымъ покоемъ. Впрочемъ даже и по отношенію къ низшимъ школамъ нѣкоторые опасаются, что положеніе дѣла уже слишкомъ преувеличиваютъ, когда толкуютъ о мозговомъ переутомленіи, такъ какъ работа, производимая дѣтьми въ школѣ, едва-ли можетъ давать такія серьезныя послѣдствія. Такъ напр, докторъ Люисъ думаетъ, что незначительный интересъ, принимаемый дѣтьми въ преподаваемыхъ имъ предметахъ и непродолжительность самыхъ уроковъ, какъ нельзя успѣшнѣе предохраняютъ дѣтей отъ чрезмѣрной мозговой усталости. Съ вопросомъ о работѣ дѣтей въ школахъ повторилось то же самое, что произошло и съ вопросомъ о работѣ дѣтей и женщинъ на фабрикахъ; а именно въ то время, какъ изслѣдованія, отчеты и различныя статьи по этому предмету достигли такого значительнаго числа, что ими одними легко можно наполнить цѣлые шкафы, у изслѣдователей зародилось сомнѣніе въ доказательности всѣхъ этихъ статистическихъ данныхъ и отчетовъ, такъ какъ они приводятъ въ качествѣ результата одной только причины (мозговаго переутомленія или фабричной работы) то, что является съ сущности послѣдствіемъ цѣлой группы сложныхъ условій.

Діогенъ Лаэртскій разсказываетъ, что умирающій Теофрастъ сказалъ своимъ ученикамъ, просившимъ его оставить имъ что либо на память, слѣдующія слова: «Живите счастливо и оставьте тѣ изслѣдованія, которыя требуютъ большого напряженія, или занимайтесь ими съ умомъ и такъ, чтобы они давали вамъ славу».

Этотъ совѣтъ таковъ, что отцы и учителя никогда бы не должны были забывать его. Дѣти и юноши, не могущіе переносить напряженной мозговой работы, должны бы были всегда избирать себѣ какое нибудь искусство или ремесло, занятія которымъ не требуютъ слишкомъ сильной работы мозга, такъ какъ это окажется для нихъ всего лучше.

Строгость экзаменовъ при окончаніи курса въ лицеяхъ и гимназіяхъ также необходима, какъ и медицинское освидѣтельствованіе рекрутовъ, производимое съ цѣлью устранить отъ поступленія въ армію всѣхъ неспособныхъ къ военной службѣ.

Физіологія не можетъ опредѣлить съ точностью, какую степень усталости можетъ выдерживать головной мозгъ, не дѣлаясь жертвой переутомленія, а также и тотъ возрастъ, когда мозгъ человѣка можетъ, безъ опасности для себя, подвергаться напряженной работѣ. Не подлежитъ конечно сомнѣнію, что до шестого года нельзя безъ опасности подвергать ребенка школьной работѣ и связанной съ нею усталости. Съ другой стороны, извѣстно, что умѣренное упражненіе ума полезно для развитія головного мозга. Физіологи говорятъ, что функція создаетъ органъ. Въ этомъ случаѣ передъ нами находится трудно поддающаяся распутыванію сѣть различныхъ причинъ и послѣдствій, которыя дѣйствуютъ взаимно другъ на друга и относительно которыхъ молено было-бы написать цѣлый томъ. Между прочими фактами теперь уже выяснено, что школа представляетъ собою одно изъ наиболѣе дѣйствительныхъ средствъ для улучшенія состоянія кретиновъ во всѣхъ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ кретинизмъ господствуетъ эпидемически. Мозгъ человѣка нуждается въ обработкѣ такъ-же, какъ и поле, которому не желаютъ дать заглохнуть. Тѣмъ не менѣе однако обученіе перестаетъ быть выгоднымъ съ того момента, когда оно начинаетъ обусловливать усталость учащихся. Мы должны поддерживать мозгъ нашъ въ постоянной дѣятельности, но не должны доводить его до утомленія.

Въ качествѣ мѣрила нашей интеллектуальной работы должно служить не то, что дѣлаютъ другіе, а то, что мы сами можемъ выполнить безъ вреднаго напряженія.

Италия, 1893 г.

Центр здорового образования им. В.Ф. Базарного

www.zdorovoe-obrazovanie.ru

Анжело Моссо (1846 – 1910)

Школьный механизм закрепощения генетических программ

СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ РОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ СРЕДА И ЗДОРОВЬЕ»

Красноярск, 2001 Г.

ШКОЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ ЗАКРЕПОЩЕНИЯ И «СЕКВЕСТРАЦИИ» ИНФОРМАЦИОННО-ГЕНЕТИЧЕСКИХ ПРОГРАММ ВИДОВОЙ ЖИЗНИ

В.Ф. Базарный

«Научно-внедренческая лаборатория физиолого-здравоохранительных проблем образования Администрации Московской области»

Исследования в области возрастной физиологии и школьной эргономики, начатые нами на базе НИИ Медицинских проблем Севера СО РАМН в 1978 году, с 1991 года были продолжены в Подмосковье на базе научной лаборатории здравоохранительных проблем образования Администрации Московской области.

Установлено, что отказ школы от целенаправленного и кропотливого формирования у детей произвольно-волевой сферы, в том числе базовых психомоторных функций (координация тела в пространстве, уверенной осмысленной речи, осмысленного чтения, пластического каллиграфического почерка и т.д.) привёл не только к возрастающему в поколениях угасанию произвольно-волевой сферы и собственно психомоторных функций ― базовых функций психогенеза, но и дезорганизации и распаду того модуля, благодаря которому мы возвышены над животным миром – чувственного и моторного синтезам, в первую очередь, зрительно-ручного. Это привело к тому, что каждое новое поколение детей в процессе письма всё больше и больше было вынуждено обращаться к самым древним эмбриональным уровням построения произвольных движений, организованных по принципу «всё либо ничего». Причём это «всё» стало проявляться всё большим психомоторным и нейровегетативным напряжением (стрессом). Внешним проявлением данного синдрома является зажато-напряжённая скованность мышечной системы, сопровождающаяся своеобразным «свёртыванием» тела и низким склонением детей над столом в процессе письма.

Установлено, что при предъявлении стандартной зрительно-моторной нагрузки сковывающая напряжённость мышечной системы стала неумолимо нарастать от поколения к поколению. В частности, если в 70-е годы при стандартной зрительной нагрузке учащиеся начальных классов склонялись над столом в среднем на 20±2 см, то в 80-е годы – на 14±2 см, а в 90-е годы ― уже на 8±1 см.

Выявлено, что за данной внешней согбенностью сокрыты глубинные процессы «демонтажа» эволюционно-значимого механизма интеграции (сборки) различных функциональных систем организма, «демонтажа» неделимой иерархии его биоритмальной целостности, «демонтажа» межполушарной специализации и синхронизации, в том числе зрительно-ручной координации и т.д.

Установлено, что дезорганизация биоритмальной целостности организм а привела к дезинтеграции и дезорганизации базовых систем жизнеобеспечения и, как следствие, в начале к различным функциональным нарушениям организма, а затем и к распространенной хронической патологии у детей и взрослых, названной таким туманным понятием, как «болезни цивилизации». Вместе с этим вскрыто, что угасание межполушарной специализации и, как следствие, дезорганизация чувственно-моторного, в том числе зрительно-ручного синтеза ― это угасание базовой характеристики творца ― краеугольного камня всех наших духовных способностей ― творческого воображения. В частности, на базе нашей лаборатории установлено, что только за начальный период школьного обучения различные характеристики творческого воображения угасают в 4―8 раз (М.А.Ненашева).

Необходимо особо заметить, что процесс угасания творческого воображения у детей был выявлен на Западе уже в 50-е годы. Это позволило таким авторитетным учёным, как Медлен Вельц-Пагано, Луи Маш ар. Иттен и другим, на международных конференциях, симпозиумах и совещаниях заявить о начавшемся процессе «обесчеловечивания», «расчеловечивания» и «искажения образа человеческого» в современной культуре. Однако, многочисленные обращения учёных к правительствам, остались гласом вопиющего в пустыне. Отечественные лидеры психологической науки расценили данное жуткое явление как «кризис буржуазной морали». Зарубежные же учёные расценили его как закономерную плату за научно-технический прогресс, против которого «не попрёшь». Таким образом, этот жуткий процесс деградации духовной сущности людей развивался и продолжает развиваться по своим, известным только Господу Богу законам.

Выполненные под нашим руководством исследования в данном направлении позволили установить, что угасание творческого воображения ― это угасание базового параметра нашей духовной сущности ― чувства прогноза времени, или прогностического мироощущения.

В свою очередь вскрыто, что мере угасания чувства прогноза и прогностического мироощущения соответствует мера перехода детей на рефлекторно-инстинктивные программы восприятия и отражения мира, или мера перехода детей на животный строй психики. И вся трагедия в том, что этот процесс воплощения в чужеродный природе человека лик происходит постепенно и незаметно от поколения к поколению, становясь своеобразной этической «нормой» для молодых людей.

Процесс возрастающей трансформации каждого нового поколения в рефлекторно-инстинктивную сущность мы определили как эволюционно значимый процесс «расчеловечивания» людей. И вся та духовно-психическая трагедия, которая неумолимо возрастает у каждого нового поколения ― есть отражение прорыва животных программ на поверхность духовной жизни. И это только начало всей цепи трагических последствий систематического пребывания детей в закрепощающей напряжённости в учебном процессе (хотя куда уж ещё дальше!).

Установлено, что систематическое пребывание детей в сковывающей напряжённости ― это закрепощение всех биогенетических уровней жизни: ог свободы реализации видовых информационных программ до формирования высших психомоторных функций. В частности, у детей с выраженным синдромом психомоторного напряжения, которое характерно для 90% учащихся, на протяжении учебного года наблюдалась выраженная депрессия такого генетически обусловленного процесса, как рост. И только выведение детей из учебного процесса в связи с каникулами давало определённый ростовой всплеск.

Установлено, что сам факт подведения под учебный процесс сообразной природе человека вертикальной стойки с расширением телесно-моторной свободы существенно повышал эффективность работы генофонда. В частности, если у систематически сидящих (моторно-закрепощённых) детей за два первых учебных года в конце 90-х годов прирост составил 10,1±1 см, то у детей, занимающихся в режиме телесно-моторного раскрепощения ― 14,7±1 см. Следует особо подчеркнуть, что речь идёт о гармоничном, а не об акселлерированном росте дегей.

Таким образом, нами вскрыт принципиально новый в науке о человеке феномен, радикально меняющий наш взгляд на классическую вейсман-моргановскую модель генетики и, в частности, на то, что мы имеем некую независимую от тела субстанцию наследственных начал. Всё как раз оказалось наоборот. При строительстве учебного процесса в режимах, закрепощающих чувственную и телесно-моторную активность, мы имеем дело с закрепощением и заглушением генетической реактивности. В поколениях же этот синдром реализуется возрастающей «секвестрацией» нашего видового информационно­реактивного потенциала.

Полученные данные позволяют, наконец, объяснить такой процесс, как акселерация, наиболее остро проявившийся в 60-70-е годы и сменившийся на обратный процесс ― процесс ретардации в 80-90-е годы. Речь идёт о том, что проведенные школьные реформы 60-х годов, взявшие курс на технико­скоростное образование на фоне замены ростомерной мебели на одномерную, импульсно-каллиграфического письма на ускоренное безотрывное и т.д. привели к возрастанию у детей синдрома закрепощающей напряжённости тела в учебном процессе и, как следствие, закрепощению работы генофонда. При этом в ответ на начальную фазу закрепощения генофонда последний отреагировал реактивным «противодействием» ― компенсаторным усилением своей реактивности (экспрессии). Продолжающееся же в поколениях закрепощение тела, а в итоге и генофонда, привело к заглушению, а в итоге и «секвестрации» видового информационного плана.

Учитывая, что у мальчиков генетическая моторная экспрессия в 4―6 раз выше, чем у девочек (Т.П.Хризман), то прежде всего более тяжёлыми последствиями сидячего образа организации учебного процесса на генофонд мальчиков мы и объясняем увеличение числа прежде всего низкорослых юношей. Это проявилось в возрастающей в поколениях инфантилизации и децелерации мальчиков.

К сожалению, рост «маломерных» юношей медики объясняют довольно просто ― недостатками питания, в том числе йодным дефицитом. На то. что пищевая теория здесь не выдерживает никакой критики, указывает следующий факт. При осмотре учащихся из самых богатых семей России оказалось, что 20―27% ― «маломерки» (А.А.Баранов, 1997).

Вскрыто, что чувственно-моторное закрепощение детей в учебном процессе – это, с одной стороны, возврат их к эмбриональным программам, в которых доминирует бесполость. С другой – это повышение чувствительности детей к воплощению в бесполый образ культуры, воспитания и обучения. Именно этими причинами мы и объясняем следующее вскрытое на базе нашей лаборатории чрезвычайно тревожное обстоятельство.

Установлено, что за время обучения в школе по характеристикам, отражающим принадлежность к мужскому или женскому полу, произошла инверсия (смена): среди девочек стали чаще встречаться объективные признаки, характерные для мальчиков, и наоборот, среди мальчиков стали чаще встречаться объективные признаки, характерные для девочек. Причём отмеченная инверсия касалась как душевно-духовной сферы, так и телесной (антропогенетической).

На то. что это связано именно с учебным процессом, указывает следующее обстоятельство. Для детей дошкольного возраста по параметрам творческого воображения в 94% случаев доминирующей оказалась тенденция адекватного полового дифференцирования. В то же время только за начальный период школьного обучения адекватность половой дифференциации по воображению была дезорганизована у 75% детей (Г.А. Стюхина, 2000).

О глубине закрепощения реализации половых генетических программ говорит следующий факт: антропограммы соответствия мужскому и женскому полу, отмечены лишь у 4―5% девятиклассников (Л.А. Алифанова).

Установлено, что среди мальчиков по мере увеличения школьного стажа эндокринные нарушения оказались ещё более выраженными. Так. лишь у 4% подростков-юношей антропограммы указывали на развитие по мужскому типу, тогда как у 91% они соответствовали евнухоидному типу. В частности, от 1-го класса к 9-му доля мальчиков с узким тазом, характерным для мужской конституции, резко уменьшалась (до 4%), в то же время встречаемость “широкотазых”, характерных для женской конституции, возрастала до 89%. Такое развитие соматоформы нашло своё отражение в патологии урогенитальной сферы. Например, из числа обследуемых вари-коцеле встречалось в 10%, паховые грыжи в 3%, крипторхизм в 2% и т.д.

Вместе с этим у 70% третьеклассниц отмечался узкий таз. что указывало на нарушение механизмов оформления девочек по женскому типу. Примерно у двух третьих девятиклассниц выявлены версии и флексии матки, вагиниты, уретриты, аднекситы, альгоменорея. 67% девочек-подростков предъявляют жалобы, связанные с периодом становления менархе. У 10% девятиклассниц отмечалась задержка полового созревания (отсутствие менархе при среднем возрасте возникновения 12±1 год).

Систематическое пребывание детей в напряжённо-согбенной эмбрионально-ваготонической позе вызвало глубокую дезорганизацию в психовегетативном развитии. Так, встречаемость различных психовегетативных дисфункций у школьников на всех этапах обучения колебалась от 70% до 95% (при доминировании ваготонического типа регулирования). При этом, как известно, асимпатикотоническая вегетативная регуляция указывает на церебро- астенический синдром, на распространённый характер органических изменений. В общем, нейроцирку ляторн ые дистонии, мигрени, кардиопатии, дискинезии же­лудочно-кишечного тракта и жёлчевыводящих путей, гастриты, дуодентиты, гиперплазия щитовидной железы, дисфункций органов дыхания, выделения, невротические реакции, близорукость, дезорганизация полового созревания – вот тот неполный перечень недугов, которые сочетанно (от 3―5 и более) сопровождают все школьные годы современных детей.

Синдромом сковывающего напряжения в учебном процессе мы объясняем и другие процессы, наблюдаемые в развитии детей. В частности, при динамическом наблюдении за учащимися, проведенном в 90-е годы, выявлено, что после девятилетнего периода учёбы доля положительного эффекта в развитии тела школьников составила 12―18%. В то время как в 60―68% выявляется дезорганизационно-деструктивный эффект в телесном развитии (Л.А. Алифанова).

Отмечена устойчивая тенденция к долихоморфности телосложения: рост длинностных размеров обгонял рост поперечный. В частности, по мере увеличения школьного стажа, доля лиц с нормостенической грудной клеткой неуклонно уменьшалась и к 9 классу достигла 1% среди мальчиков и 6% среди девочек (при абсолютном доминировании узкогрудости).

Прежде всего, этим обстоятельством мы и объясняем угасание функциональных возможностей системы дыхания, в том числе бурный рост её заболеваемости.

Установлено, что по мере увеличения школьного стажа возрастал удельный вес детей с нарушением осанки, со сколиозами, плоскостопием, дегенеративными изменениями в опорно-двигательной, психомоторной системах, в том числе с проявлениями своеобразного синдрома телесно­мышечного затвердения (телесно-мышечного «панциря» ― по Райху).

Описанным школьным синдромом телесно-мышечного и нейро-вегетативного напряжения (стресса) мы и объясняем неумолимо возрастающий в просвещённой в книжных знаниях цивилизации феномен физического и психоэмоционального «выгорания», который характеризуется

деперсонализацией (расчеловечиванием – примечание наше), нарастающей астенизацией, депрессией, угасанием физических и духовных жизненных сил, угасанием животворного мироощущения, а также обратным развитием профессиональных способностей (К.Маслах, 1993; В.Ф. Базарный, 2001).

Данным синдромом мы объясняем неумолимое «выгорание» биополевого энерго-информационного потенциала, выявляемого, в частности; в виде чёрных зон вокруг позвоночного столба. Данным синдромом мы объясняем выявленный нами феномен затемнения и угасания мыслеобразов, в частности, феномен, при котором дети стали представлять солнце в чёрном цвете.

Таким образом, по характеристикам телесного и духовного развития детей, в том числе по характеристикам развития детородной сферы, уже более 90% всех молодых людей являются бесперспективными для продолжения рода человеческого. А если к этому добавить широко распространенные среди молодёжи вредные привычки: курение, алкоголь, наркотики, половую распу щенность?!

Однако, истинные масштабы трагедии обществу не даёт осознать та виртуальность, в которой пребывают системы образования и здравоохранения, в том числе власть России. Между тем именно выше отмеченными дегенеративными процессами мы и объясняем тот факт, почему ещё в 90-е годы из наших родильных домов исчезли полноценные, в перспективе дееспособные младенцы.

Таким образом, выполненные исследования убеждают нас, что эволюция нашего духа интимно связана с вертикализацией нашего тела, с формированием тело двигательной свободы, в том числе свободы в отправлении произвольных моторных функций. И только с этих позиций можно подойти к осознанию того, почему отход цивилизации от воспроизводства и укоренения в поколениях своей видовой телесной вертикали, свободы телодвижений, свободы произвольных моторных функций означает вхождение культуры в фазу самоликвидации.

И только осознав масштаб сотворённой нами трагедии, можно осознать биогенетическую и нейрофизиологическую сущность предложенной нами технологической базы, направленной на реорганизацию укоренившихся в истории принципов организации учебно-познавательного процесса, включающих 44 патента на изобретения и товарные знаки. И, как показал 25-ти летний опыт работы Красноярского края, 10-летний опыт работы Республики Коми, а также опыт работы множества отдельных школ РФ, внедривших некоторые базовые технологии, реорганизующие «сидяче-слушающий», «книжно-близорукий» режим «познания добра и зла», набирающий силу обвал в телесном, психическом и нравственном здоровье ещё можно остановить и спасти определённую часть молодых людей, способных продолжить историю нашего народа. Но для этого необходимо поднять решение проблемы с уровня педагогического энтузиазма, с уровня лечебной медицины на межведомственный уровень целостной государственной политики в области воспитания и обучения детей. И, как показал опыт, первичной структурно-управляющей единицей в организации такой работы является город (район). Началом такой работы является официальное обращение к нам администрации с предложением о совместной деятельности.

Образовательная среда и здоровье СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ РОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ 12-14 ноября 2001 г. г. Красноярск Создать карусель

Подготовлено для «Центра Распространения и Внедрения Здоровьесберегающих технологий»

www.zst-center.ru

Исследования Базарного по проблеме гигиены детей и подростков отмечены как наиболее важные

В журнале «Гигиена и санитария» №11 1985 НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР открытия и научные исследования профессора В.Ф. Базарного среди других были отмечены как наиболее важные.

В НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР в соответствии о приказом Минздрава СССР от 5 июня 1972 г. ежегодно проводится научные исследования по выявлению важнейших отечественных и зарубежных достижений по проблеме «Гигиена детей и подростков». Путем экспертной оценки из общего массива достижений по гигиене детей и подростков к наиболее важным рекомендуется относить те, которые вносят существенный вклад в решение актуальных задач медицинской науки.

Дальнейшее развитие профилактического направления советского здравоохранения предусматривает значительное углубление и расширение фундаментальных теоретических исследований, являющихся основой для успешного развития прикладных работ. В этом плане заслуживают внимание результаты научных исследований Рязанского медицинского института, позволяющие выдвинуть новое в статистике физического развития детского населения положение заключающееся в том, что определенной средней длине тела соответствует определенная средняя масса тела[8]. Это соответствие одинаково для разных возрастных, национальных и соединительных групп детского и населения и почти не меняется при изменении уровня физического развития в смене поколений. Постоянно повторяющиеся соотношения массы и длины тела расцениваются как закономерность, которая отражает естественную и объективно существующую норму соматического развития детской популяции.

НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР получены интересные данные, позволяющие прогнозировать тенденцию физического и полового развития девушек на ближайшие годы, лон-гитудинальное изучение возраста наступления менархе у девушек Москвы на 60-е, 70-е, 80-е годы показало, что процесс акселерации полового созревания в настоящее время можно считать, законченным. Развитие антропометрических параметров — длиннотных, широтных, обхватных и массы тела характеризуется тенденцией к стабилизации и даже уменьшению, за исключением длины тела и длины ноги. От 60-х к 80-м годам у московских девушек отмечено снижение мышечной силы. В ближайшее десятилетие у девушек крупных городов следует ожидал повышения среднего возраста менархе, сохранения или усиления в телосложении некоторого несоответствия между продольным ростом и развитием грудной клетки, а также снижения силовых возможностей. Выявленные закономерности вносят определенный вклад в теорию изучения процессов роста и развития подрастающего поколения и в установление окончательных размеров тела у взрослых, что важно для целей профессиональной ориентации, совершенствования в спорте, балете и др. Прогноз тенденции физическою развития девушек на ближайшие годы имеет и большое практическое значение для многих отраслей народного хозяйства.

Большие и серьезные задачи перед гигиеной детей и подростков встают в связи с реформой общеобразовательной и профессиональной школы, основные направления которой уже вступили в силу. Реформа включает комплекс многоплановых мероприятий, при этом главным в решении всех проблем должно быть всестороннее развитие детей и подростков и укрепление их здоровья путем создания благоприятных условий для учебной и трудовой деятельности, устранении перегрузки учащихся [4|. В этом плане актуальна разработка в НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР, методика определения трудности уроков, предназначенная для гигиенической регламентации учебной нагрузки школьников [6|. Метод оценки трудности учебных занятий позволяет получить количественную характеристику этого показателя па основе объема и сложности учебного материала, оценить трудность как отдельного учебного занятия, так и всего учебного материала урока по различным дисциплинам. Использование предложенного метода в сочетании с оценкой функциональною состояния организма учащихся позволит объективно определить соответствие учебной нагрузки на уроке возрастным возможностям детей в целях устранения учебной перегрузки.

Осуществление реформы профессиональной школы выдвигает повышенные требования к правильной организации профориентационной работы с обязательным включением ее медицинского аспекта. Первостепенное значение имеет неукоснительное соблюдение трудового законодательства для подростков, и в этом плане существенное значение имеет периодический пересмотр перечня медицинских противопоказаний к профессиональному обучению и приему на работу подростков. В настоящее время составлен новый перечень медицинских противопоказаний в подготовке которого участвовало 27 учреждений гигиенического профиля при участии и под руководством НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР [3]. Разработке нового перечня противопоказаний предшествовали углубленное изучение современных условий труда по 2050 профессиям основных отраслей народного хозяйства и анализ влияния производственно-профессиональных факторов на организм здоровых и с отклонениями в состоянии здоровья подростков. Всего составлено 9 сборников перечней медицинских противопоказаний в соответствии с отраслями промышленности и характеристиками 1600 профессий, по которым готовятся квалифицированные рабочие кадры в системе Госпрофобра СССР. Противопоказания разработаны по 121 статье расписания болезней, составленного с учетом функционального состояния органов и систем и наличия хронической патологии.

Осуществление реформы профессиональной школы требует обобщения опыта проведения медико-физиологической профессиональной консультации и унификации ее организационных форм с тем, чтобы она соответствовала поставленной задаче коренного совершенствования системы профориентации учащихся в виде ее государственной системы. В связи с указанным весьма актуальны научные исследования, проведенные комплексно Ленинградским и Свердловским ИМИ гигиены труда и профзаболеваний Минздрава РСФСР в целях разработки более совершенных организационных форм н методов профессиональной консультации подростков в органах практического здравоохранении [2, 9]. Указанными институтами осуществлены углубленный анализ и обобщение материалов по всесторонней оценке организации и качества осуществления проводимой в стране врачебной профессиональной консультации подростков на базе детских лечебно-профилактических учреждений и подростковых кабинетов для взрослых. В частности, впервые установлено, что работа но врачебной профессиональной консультации в детских лечебно-профилактических учреждениях проводится на значительно более низком уровне, чем в поликлиниках для взрослых, что наносит ущерб работе по профориентации выпускников 8-х классов. Определен необходимый объем исследований всеми специалистами для целей профконсультаций, выявлены основные закономерности отсева из ПТУ по состоянию здоровья; внесен ряд других предложений направленных на совершенствование работы го профконсультации подростков. Обоснована целесообразность централизованного проведения работы по профконсультации, для чего необходима организация центров профориентации с профконсультацией школьников. Разработанные рекомендации могут быть использованы в планируемых комплексных научно-исследовательских работах по теме «Научные основы разработки системы профессионального отбора молодежи (психолого-педагогические и медико-биологические)».

Осуществляемая в настоящее время всеобщая диспансеризация населения — новая, высшая ступень в профилактической медицине, организация которой требует очень большой подготовки. При этом возникает необходимость в разработке и внедрении новых форм и методов профилактики заболевания детей, научном обосновании критериев формирования различных групп диспансерного наблюдения. Так, в Ереванском институте усовершенствования врачей [7| разработаны методические подходы к отбору группы детей повышенного риска, позволяющие установить наиболее неблагоприятное сочетание антропогенных и социальных факторов, а также степень выраженности их отрицательного влияния на формирование отклонений в состоянии здоровья школьников. Указанное может быть использовано как первичный скрининг для определении повышенного риска развития заболеваний. Уточнены наиболее выраженные сдвиги в состоянии здоровья, установлен комплекс показателей сердечно-сосудистой и дыхательных систем, изменение которых достоверно указывает на нарушения состояния здоровья, обусловленные действием неблагоприятных факторов среды (вторичный скрининг). Такой новый методический подход к отбору детей группы повышенного риска чрезвычайно актуален на современном этапе проведения диспансеризации в целях разработки эффективных мероприятий первичной и вторичной профилактики заболевания у детей и подростков.

Институтом матери и ребенка в Варшаве разработана специальная программа комплексного обследования 6-летних детей, которая официально принята в форме методических указаний [11]. В отличие от программы диспансеризации детей 6 лет, осуществляемой в нашей стране, обследование их в Польше проводится комплексно медиками, психологами и педагогами. Подобная система обследования обеспечивает всестороннее медицинское освидетельствование ребенка, при этом она включает значительный объем медицинских и психологических тестов, которые могут быть выполнены самостоятельно средним медицинским персоналом, что способствует рациональному использованию медицинских кадров. Рассматриваемая программа обследования 6-летних детей позволяет целенаправленно выявлять отклонения в состоянии их здоровья, физическом и психическом развитии, отрицательно влияющих па готовность детей к обучению в школе. Указанное особенно актуально в связи с реформой общеобразовательной школы, предусматривающей переход на школьное обучение детей с 6-летнего возраста.

Институтом гигиены детского и подросткового возраста в Берлине разработана и утверждена Минздравом ГДР комплексная медико-социальная программа диспансерного наблюдения за детьми и подростками с хроническими заболеваниями. Комплексная система диспансеризации осуществляется на базе специальных центров [10] и предусматривает не только эффективную организацию медицинского наблюдениям лечения детей и подростков с различными формами хронической патологии, но и адекватные подходы, необходимые для адаптации и профессиональной ориентации, т.е. программа в значительной степени нацелена на педагогическую и социальную реабилитацию детей и подростков. При этом разработаны дифференцированные рекомендации для педагогов и родителей, данные о допуске к отдельным видам спорта, профессиональному обучению и др. Такой комплексный подход с одновременной детальной дифференцировкой для каждой нозологической формы перспективен и имеет большое значение для совершенствования системы диспансеризации детей и подростков с хроническими заболеваниями и инвалидов.

В целях повышения эффективности диспансеризации детского населения значительную практическую ценность представляет система массовой профилактики нарушений зрения и осанки у детей и подростков, посещающих детские дошкольные и школьные учреждения [5]. В основе системы — сформулированная и обоснованная гипотеза о миопизации глаз с позиций оценки развития функциональных взаимоотношений между зрительным и двигательным анализатором, т. е. аномального зрительно-двигательного стереотипа. Оригинальные способы одновременной массовой профилактики близорукости и нарушений осанки у детей и подростков включают методику целенаправленной подготовки органа зрения у детей в дошкольных учреждениях к школьному режиму учащихся и методику комплексных офтальмотренажей в режиме школьного дня учащихся. Не пользование специальных технических средств с различными высвечивающими тест объектами в разных участках классного помещения создает оптимальные условия не только для регулярной тренировки мышц глаз, шеи, но и для выполнение физических упражнений во время физкультпаузы. При этом профилактическими мероприятиями охватываются все учащиеся. Разработанный метод имеет высокую эффективности при относительно умеренных материальных затратах на приобретение и монтаж тренажеров.

Новым направлением научных исследований является изучение необходимости использования дополнительного искусственного освещения в системе совмещенного освещения школьных зданий. В НИИ гигиены детей и подростков Минздрава СССР обоснованы основные принципы устройства системы совмещенного освещения для учебных помещений по трем составляющим: спектральному составу дополнительного искусственного света, направленности и количественному соотношению двух световых потоков [1]. Установлено, что при одинаковых уровнях освещенности показатели зрительной работоспособности у учащихся, занимающихся при системе совмещенного освещения, значительно лучше, чем у занимающихся при искусственном освещении. При использовании системы совмещенного освещения с автоматическим регулированием искусственным светом достигается большая экономия электроэнергии в общеобразовательных школах — в целом но стране на 6%.

Таким образом, проведенный анализ позволил выявить наиболее важные научные достижения по проблеме гигиены детей и подростков за последний период, имеющие существенное значение для решения задач, стоящих перед медицинской наукой и практическим здравоохранением.

Литература

1. Белянская В. И., Шумкова Г. В. и др. В кн.: Гигиенические аспекты охраны здоровья детей и подростков. М., 1984, с. 91- И!?.

2. Мезенина Л. В., Шур К. А. и др. Там же, с, 78-79.

3. Перечень медицинских противопоказаний к работе и производственному обучению в общеобразовательных школах и средних профессионально-технических училищах. М., 1985.

4. Сердюковская Г. И. Гиг и сан., 1984, № 7, с. 4 6.

5. Система массовой профилактики отклонений в развитии зрения и нарушений осанки у детей и подростков, организованных и детских дошкольных и школьных учреждениях. (Отд. вып. к экспонату ВДНХ СССР) / Подгот. В. Ф. базарный. М., 1983.

6. Степанова М. И. Гиг. и сан , 1984, № 12, с 67- 69.

7. Хачатрян Т. С., Мнацаканян А. В. Там же, № 3, с. 30 —

8. Шапошников И. А. — Сов. здравоохр., 1984, № 9, с. 16 21.

9. Яготин Т. В., Рутенбург Э. С. Здравоохр. РСФСР, 1984. № 9. с. 5—8.

10. Herrjurth R., Herrjurth D., Muller G. – Z. Ges. Hyg. 1983, Bd 29, S 43—44.

11. Melodyka bilansu zdrowie 6-latkow. – Wych. Fiz. Hig. szkolna 1984, N 4, с. А—L.

Поступила 23.01.85

Влияние начала обучения на зрение детей

ВЛИЯНИЕ НАЧАЛА ШКОЛЬНОГО ОБУЧЕНИЯ  НА ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ ЗРИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗАТОРА У ДЕТЕЙ

Анализ данных литературы показывает, что режим школьного обучения способствует развитию определенных, порой значительных отклонений в функциональном и физическом состоянии организма школьника [2—4, 6—8, 11, 12, 14]. Известно, что основная тяжесть учебных нагрузок приходится на зрительный анализатор. Однако, изучая литературу, мы не встретили обстоятельных исследований, посвященных изучению влияния начала школьного обучения на функциональное состояние и развитие зрительного анализатора. Единственная работа [13], в которой была предпринята попытка проанализировать эту проблему, не может ответить на поставленные вопросы, поскольку авторы анализировали анатомические компоненты органа зрения, которые не могли проявить достоверной динамики в течение одного учебного года.

Особую актуальность эта проблема приобретает в связи со школьной реформой, предполагающей дальнейшую интенсификацию зрительных нагрузок за счет начала обучения с 6-летнего возраста, а также компьютеризации учебного процесса.

Целью данного исследования явилось изучение влияния режима школьного обучения на функциональное состояние зрительного анализатора и динамику его показателей в зависимости от функциональной готовности детей к обучению.

Под наблюдением находилось 116 первоклассников Красноярска. В контрольную группу входило 111 детей того же возраста, занимавшихся по программе воспитания и обучения в детском саду. Все учащиеся были клинически здоровыми. Их исследовали в начале, середине и конце учебного года, при этом проводили комплексную оценку функционального состояния зрительного анализатора, центральной и вегетативной нервной системы и общего физического развития детей.

Изучали следующие функциональные параметры зрительного анализатора: остроту зрения вдаль, область аккомодации (ОА), показатель ее устойчивости, скорость и объем переработки зрительной информации. Остроту зрения вдаль (ОЗ) определяли по методике ВНИИ глазных болезней им. Гельмгольца. При остроте зрения, равной 1, дополнительно с помощью специальных таблиц (Новикова) уточняли ее максимальные значения, т. е. в зоне выше общепринятой условной нормы. ОА определяли с помощью портативного глазного эргометра [9]. Показатель устойчивости аккомодации (ПУ) рассчитывали по данным 3-минутной глазной эргографии с помощью формулы: ПГ= 1 — V, где ПУ — показатель устойчивости, V — коэффициент вариации. Скорость и объем переработки зрительной информации (СПЗИ) измеряли по формуле Уэстона:

где X — показатель зрительной продуктивности, N — число колец с заданным направлением разрыва, t — общее время, затраченное испытуемым, n — число правильных ответов. 

Функциональное состояние центральной и вегетативной нервной системы оценивали по уровню функциональных возможностей центральной нервной системы (УФВ ЦНС), по показателям электрокожной проводимости, по пробе с физической нагрузкой. УФВ ЦНС определяли, анализируя вариационную кривую латентного периода зрительно-моторной реакции по формуле:

где P_max — максимальная вероятность, соответствующая пределам модального класса, ∆T_0,5 — диапазон времени реакции, соответствующий уровню вероятности, равному по-, ловине максимальной (0,5 Р_max), ∆T_0,5 — значение времени реакции, соответствующее середине диапазона [10].

Вегетативный баланс определяли по показателям электрокожной проводимости (ЭКП), изменение которой позволяет судить о функциональных взаимоотношениях симпатического и парасимпатического отделов вегетативной нервной системы [1]. Восстановительный период вегетативных функций изучали с помощью пробы с физической нагрузкой [5].

Определяли биологический возраст детей (по зубной формуле), а также показатели их физического развития (рост, масса тела, окружность грудной клетки).

Анализ данных, полученных при изучении функционального развития зрительного анализатора у детей, продолжавших посещать детские сады и приступивших к школьным занятиям, позволил установить следующее.

При одинаковых исходных среднегрупповых значениях остроты зрения у детей — воспитанников детских садов к концу периода наблюдения выявлено их повышение, в то время как у школьников они остались на прежнем уровне. Что касается ПУ аккомодации к 3-минутной нагрузке, то при отсутствии достоверных различий в исходных среднегрупповых значениях ПУ к концу периода наблюдения у воспитанников детских садов не выявлено существенных изменений, между тем у школьников имело место достоверное его понижение. Последнее свидетельствует о ри- гидномгсостоянии аккомодационных мышц.

Причиной отмеченного, вероятно, является то, что с переходом детей на режим школьного обучения значительно возрастает объем нагрузок на зрительный анализатор (по нашим данным, в среднем на 19,8 ч в неделю по сравнению с дошкольниками). Однако почему же динамика зрительных функций на протяжении учебного года различна у отдельных учащихся? Например, если среднегодовой показатель остроты зрения у школьников не изменялся, оставаясь на уровне 1,4 в течение периода наблюдения, то в индивидуальной динамике отмечены следующие тенденции: у 57,8 % детей возрастание остроты зрения, у 30,4%—ее снижение и у 11,8% детей без изменений. Для ответа на поставленный вопрос мы провели сравнительный анализ исходных показателей функционального состояния и физического развития школьников, выявленных в сентябре, с различной динамикой остроты зрения к концу учебного года.

Школьники, у которых к концу учебного года было отмечено снижение остроты зрения, имели более низкие исходные показатели физического развития по сравнению со школьниками, у которых отмечено повышение остроты зрения. Разница в росте составила 3,1 см (р < 0,05), в массе тела—1900 г (p < 0,05), в окружности грудной клетки — 1 см (р > 0,05). Среди первых удельный вес детей, биологический возраст которых отставал от паспортного («незрелых»), оказался в 1,6 раза выше, чем в группе детей с повышением остроты зрения: к концу учебного года (p < 0,05).

Коэффициент корреляции между «незрелостью» детей к моменту начала школьных занятий и последующим снижением остроты зрения составил 0,45 (р < 0,05). У первоклассников со снижением остроты зрения к концу учебного года выявлена недостаточная зрелость и общих регуляторных механизмов, отмечаемая к моменту поступления в школу. Это проявилось у них в более низких показателях уровня функциональных возможностей ЦНС по сравнению с теми, острота зрения которых возросла (р ≤ 0,05). Сказанное выше подтверждает и тот факт, что у школьников со снижением остроты зрения на начальном этапе обучения отмечено достоверное повышение тонуса симпатического отдела вегетативной нервной системы (р < 0,05), некоторый рост числа дисрегуляторных реакций на пробу с приседаниями.

Первоклассники, у которых к концу первого учебного года обнаружено снижение остроты зрения, имели и более низкие исходные показатели функционального состояния зрительного анализатора, а именно: область аккомодации на 1,7 см (р = 0,05), скорость переработки зрительной информации на 0,02 бит/с (р < 0,05), показатель устойчивости аккомодации на 0,02 усл. ед. меньше, чем в группе учащихся с повышением остроты зрения.

Таким образом, учащиеся, у которых к концу первого учебного года выявлено снижение функциональных показателей зрительного анализатора (в частности, остроты зрения), отличались некоторой общей функциональной «незрелостью» к моменту поступления в школу.

Проведёнными исследованиями установлено, что переход с дошкольного режима на режим школьного обучения, при котором основная тяжесть нагрузок ложится на зрительный анализатор, неблагоприятно сказывается на функциональном состоянии и развитии функций зрения. Например, только у 57,8 % учащихся первых классов наблюдалось дальнейшее развитие остроты зрения, которое, как известно, завершается к 11—12 годам. У 42,2% школьников к концу первого года обучения отмечена или задержка развития остроты зрения, или ее снижение за счёт начальной миопизации глаз. Среди последних отмечен большой удельной вес детей, функционально «незрелых» к моменту поступления в школу. В этой связи встает вопрос о дифференцированной оценке готовности каждого ребенка к началу школьного обучения как в плане общей «зрелости», так и в плане готовности организма к функционированию в напряжённом зрительном режиме. Исходя из данных нашего исследования, мы предлагаем следующие критерии:

1) оценку общей «зрелости» (по зубной формуле, по годовым прибавкам в росте, массе тела);

2) оценку функциональной зрелости центральной и вегетативной нервной системы (определение уровня функциональных возможностей центральной нервной системы; пробу с физической нагрузкой);

3) оценку выносливости зрительного анализатора к нагрузкам в условиях ближнего зрения (определение ПУ аккомодации);

4) оценку продуктивности зрительной работы (по тесту и формуле Уэстона).

В случае обнаружения функциональной «незрелости» ребенка по данным критериям следует до минимума снизить ему дополнительные зрительные нагрузки, не связанные со школьным обучением, расширить в режиме дня таких детей общую двигательную активность, больше привлекать их к занятиям физической культурой. Следует также проводить тренировку глазных мышц на глазном эргометре или с помощью способа Э. С. Аветисова «метка на стекле».

Выводы

1. С началом школьного обучения у 42,2% учащихся наблюдаются отклонения в развитии остроты зрения.

2. Одной из причин возникновения отклонений в развитии зрения у первоклассников является их общая функциональная «незрелость» к моменту поступления в школу. В этой связи целесообразно проводить оценку «школьной зрелости» детей, включая критерии выносливости к функционированию в напряженном зрительном режиме.

Поступила 23.09.87

Подготовлено для «Центра Распространения и Внедрения Здоровьесберегающих технологий»

www.zst-center.ru

Ваше повседневное поведение повышает риск развития диабета второго типа

Появление диабета второго типа в значительной степени связано с повседневными привычками и образом жизни, которые на первый взгляд могут показаться безвредными, но через некоторое время могут увеличить риск развития серьезных осложнений для здоровья. В частности, один вид «активности» может представлять наибольшую угрозу.

Диабет второго типа распространен в Великобритании. Согласно текущим оценкам, число людей, живущих с этим заболеванием, составляет четыре миллиона – к 2025 году эта цифра увеличится до пяти миллионов. Вряд ли эта цифра должна вызывать удивление. Рост ожирения и увелечение потребления нездорового питания – одни из основных причин – многие воспринимают как общественный кризис.

Одно из исследований также показало, что длительное сидение может увеличить риск развития диабета второго типа, болезней сердца и преждевременной смерти.

 Сидение в течение длительного времени приводит к изменениям обмена веществ в организме. Diabetes UK

Исследование, опубликованное в журнале Diabetologia, было первым, где проанализировали связь между всем сидячим поведением и здоровьем в долгосрочной перспективе, вместо того, чтобы просто рассматривать просмотр телевизора или работу за компьютером отдельно.

Согласно исследованию, те, кто ежедневно сидят в течение длительных периодов времени, удваивают свой риск развития диабета второго типа, даже если они регулярно занимаются спортом.

Как сообщает Diabetes UK, «сидение в течение длительного времени может привести к изменениям в обмене веществ в организме, включая резистентность к инсулину, что может привести к диабету второго типа».

Исследователи предполагают, что сокращение обездвиженного времени, проведенного сидя или лежа, может сыграть важную роль в предотвращении развития болезни.

Это исследование было проведено доктором Эммой Уилмот, научным сотрудником группы исследования диабета в университете Лестера, в сотрудничестве с коллегами из университета Лафборо.

Они предлагают, чтобы в будущих программах профилактики диабета учитывалось содействие уменьшению малоподвижного поведения наряду с более традиционными, таким как занятия спортом и здоровое питание.

Людям все еще нужно заниматься спортом, но проводить меньше времени сидя на ежедневной основе также важно для улучшения общего состояния здоровья.

Например, исследователи проанализировали результаты исследования, в котором предлагалось разделять время сидения с двухминутными перерывами на ходьбу каждые 20 минут, и обнаружили, что это помогает поддерживать контроль уровня глюкозы и регулировать реакцию на инсулин.

Замена сидячего поведения физической нагрузкой стоя или легкой интенсивности (в дополнение к регулярным физическим упражнениям) также может снизить риск хронических заболеваний и смерти.

Комментируя полученные данные, доктор Мэтью Хоббс, глава отдела исследований в Diabetes UK, сказал: «Всеобъемлющее послание заключается в том, что ежедневное проведение длительного времени в сидячем и лежачем положении вредно для здоровья в целом и значительно увеличивает риск развития диабета 2 типа.

«Предположение, что даже те люди, которые физически активны, но сидят в течение длительных периодов, имеют повышенный риск диабета 2 типа, интересно.

«Тем не менее, не все исследования в этом обзоре рассматривали этот фактор, поэтому данные не являются убедительными и, конечно, их не следует использовать, чтобы отговорить людей от физических упражнений.

«Ясно, что любой, кто проводит много времени сидя или лежа, выиграет от замены части этого времени на стояние или ходьбу».

«Помимо любого прямого эффекта, который может сократить количество времени, которое вы проводите, сидя, увеличение физической активности – это отличный способ помочь поддерживать нормальный вес, что является наилучшим способом минимизации риска развития диабета второготипа». Diabetes UK описывает несколько способов ежедневной обездвиженности, в том числе:

• Делайте регулярные перерывы и меняйте позы
• Проведение встреч и совещаний стоя и на прогулке
• Прогулка во время обеденного перерыва
• Сократите время просмотра телевизора и компьютера, принимая участие в более активных мероприятиях по вечерам
• Следите за своим питанием

В частности, следите за употреблением углеводов: «Эффективные диеты для предотвращения диабета второго типа – это те, которые не заставляют организм вырабатывать много инсулина».

«Углеводы имеют наибольшую потребность в инсулине, поэтому любая диета, которая помогает снизить потребление углеводов, поможет снизить риск развития диабета второго типа».

Адам Чапман, Express.co.uk, 2019

Перевод сделан для проектов «Учимся Стоя. Работаем Стоя. Живём в движении» www.planet-standup.ru и Центр распространения и внедрения здоровьесберегающих технологий www.zst-center.ru

На вопросы родителей отвечает профессор Базарный №4

Моему ребёнку 7 месяцев. В последнее время (около месяца) малыш по утрам и вечерам, когда встаёт после сна и когда укладывается спать, постоянно плачет, отчаянно, до истерики. Я укачиваю, уговариваю, успокаиваю его, но ничего не помогает. Невропатолог и педиатр нашей семье не помогли. Мы хотим понять: в чём причина такого поведения ребёнка и что с этим делать? Заранее вам благодарны. Мама Юта.

Уважаемая мамочка! Во-первых, хочу вам выразить искреннее сочувствие. Я знаю, как нарастает эпидемия младенцев, взывающих мамочек о помощи («орущих» — в нашем восприятии). Некоторые даже не выдерживают, впадая в психозы и депрессии. Держись, родная! Воистину, настоящее материнство — это жертвенная святость. Главное здесь, чтобы была безмерная поддержка и любовь со стороны родных и, прежде всего, мужа. Тот же факт, что ребёночка смотрели педиатр и детский невропатолог (надеюсь, что это были опытные специалисты) позволяет мне исключить самые распространённые причины плача вашего ребёнка: прорезывание зубов, недиагностируемая врождённая патология, родовая травма, ускоренное затягивание родничков на фоне повышения внутричерепного давления, испуг, страх отлучения от матери в связи с переходом на искусственное питание и т. д.

В этих условиях я обращусь к одной из распространённых причин, которая чаще остаётся вне поля зрения академической «атеистической» педиатрии. Об этой причине раньше хорошо знали даже цари, которые, в отличие от «современных», заботились о сбережении и духовном развитии народа российского. Это они, даже в эпоху отсутствия «сексодромного оружия массового поражения», издавали следующие «предписания»:

«Зная, что не всё то до сердца доходит, что разум понимает здесь… должно удалять от слуха и зрения всё то, что хотя бы тень порока имеет» (Собрание учреждений и предписаний касательно воспитания в России обоего пола… юношества…» (Санкт-Петербург, 1789 г.). Замечу, это «предписание» было подписано государыней Елизаветой Петровной. В народе это явление называли попросту «сглаз». С научной точки зрения речь идёт о феномене запечатления (импритинга) младенцем «холодного», а ещё хуже, злобного агрессивного взгляда. В домашних условиях таким взглядом может «поражать» ребёночка довольно распространённая в наше эгоистическое время война между «мужчинистой» женщиной и «женоподобным» мужчиной.

Вне дома таким «поражающим» взглядом обладают люди со скрытой шизофренией. В свою очередь, Кагапей (1979), показал: если в одном подъезде живёт шизофреник, то в этом подъезде детей, «поражённых» шизофренией, будет в 3-5 раз больше по сравнению с другим подъездом (?!). А сколько сейчас таких людей мы видим на отечественных телеканалах!

Что делать? Надо окружить ребёночка любящим взглядом и ласковым голосом. Укачивать ребёночка на подвесной к потолку люльке. Чувственной «пуповиной», которая должна постоянно связывать вас с ребёночком и избавлять его от впечатлённых страхов, должна стать колыбельная песня. В этих условиях младенец чувствует, что самая надёжная защита от всех опасностей — родная мамочка — всегда с ним рядом. Это его успокаивает. И ещё. Укладывать младенца спать нужно не по удобному для нас режиму, а по режиму, который нам подсказывает ребёночек.

И ещё! В средине 90-х годов на базе детских садов г. Воскре-сенска мы провели следующее исследование. Уже в те годы было замечено: у многих малышей плохой сон, а в глазах страх, агрессия. Ещё тогда я понял, что современному переполненному страхом и ужасом ребёнку нет возможности взглядом «зацепиться» за образ, выражающий абсолютную к нему любовь. Любовь, которая бы умиротворяла его душу. Я предложил следующую программу. В течение 2-х недель воспитатели и психологи фиксировали поведенческие реакции детей, в т. ч. сон, рисунок. После этого в каждой игровой комнате на уровне глаз детей мы повесили икону Божьей матери. И все заметили: с детьми стало происходить буквально чудо. Играет, играет малыш, а затем подбегает к иконке и нежно-нежно к ней прикасается. Всё это происходило непроизвольно, без какого либо вмешательства взрослых, типа «ты должен», «так надо». Вскоре не только воспитатели, но и родители заметили значительное улучшение психоэмоционального состояния детей. Вот она одухотворяюще-целительная сила созерцания младенцем Божественного в любви лика. Вот почему плачущим от страха детям я рекомендую, чтобы напротив взгляда ребёночка в кроватке была иконка Божьей матери. Повторяю, речь не идёт о религии взрослых. Речь идёт о так потребном для ребёнка умиротворяющем лике, выражающем божественную к нему любовь.

Не верить могут многие. Но проверить может каждый! Тем более, что мы живём в духовном сердце России — Сергиевом Посаде.

С уважением, В. Ф. Базарный